Ставка на репрессивные меры не спасла Бакиева от полного краха. Жизнеспособности новой власти Киргизии, установленной после тюльпановой революции, хватило только на пять лет. Почти с самого первого дня ее существования начал набухать новый гнойник, который прорвало стихийно и абсолютно непредсказуемо 7 апреля. Прежний переворот – марта 2005 года – был обусловлен сочетанием нескольких факторов. Как ни странно, но те же факторы действовали и на этот раз. В этом смысле Путин был прав, указав на то, что Курманбек Бакиев "наступил не те же грабли". Киргизия в своем развитии заметно отличается от своих среднеазиатских соседей. Причины были заложены еще до 1917 года – киргизы свободолюбивый кочевой народ, исламизированный лишь поверхностно. Большую роль в его жизни всегда играли родовые кланы, так что люди не имели феодально-ханских традиций подчинения одной сильной власти.

КИРГИЗКИЙ НАРЫВ ПРОРВАЛ....

Ставка на репрессивные меры не спасла Бакиева от полного краха.

Жизнеспособности новой власти Киргизии, установленной после тюльпановой революции, хватило только на пять лет. Почти с самого первого дня ее существования начал набухать новый гнойник, который прорвало стихийно и абсолютно непредсказуемо 7 апреля.

Прежний переворот – марта 2005 года – был обусловлен сочетанием нескольких факторов. Как ни странно, но те же факторы действовали и на этот раз. В этом смысле Путин был прав, указав на то, что Курманбек Бакиев "наступил не те же грабли".

Киргизия в своем развитии заметно отличается от своих среднеазиатских соседей. Причины были заложены еще до 1917 года – киргизы свободолюбивый кочевой народ, исламизированный лишь поверхностно. Большую роль в его жизни всегда играли родовые кланы, так что люди не имели феодально-ханских традиций подчинения одной сильной власти.

В 1990 году президентом Киргизии довольно неожиданно был избран 46-летний ученый Аскар Акаев, впрочем, имевший и опыт партийной работы. В этом смысле страна сразу пошла иным путем по сравнению с соседями, где у власти осталась прежняя партноменклатура. Под руководством Акаева реформы в Киргизии приобрели более радикальный и далеко идущий характер, а его политическая власть никогда не была столь всеобъемлющей как, например, в Казахстане или Узбекистане. Парламентская оппозиция существовала всегда, равно как и свободная пресса. На общественной сцене действовало большое количество независимых лидеров, нередко криминального характера, с приверженцами из своих кланов.

Довольно быстро выяснилось, что главным бенефициарием революции стал Курманбек Бакиев, выходец с юга, бывший при Акаеве одно время премьер-министром. Он очень ловко расставил свои кадры, и вытеснил тех, с кем пришел к власти – премьера Феликса Кулова, министра иностранных дел Розу Отунбаеву, министра обороны Исмаила Исакова, генпрокурора Азимбека Бекназарова, спикера парламента Омурбека Текебаева. Затем последовала чехарда с главами правительства, которые менялись с калейдоскопической быстротой, как и министры.

На первый план вышли близкие родственники президента – его братья и сыновья. В стране в 2006-2007 годах произошло несколько острых политических кризисов, связанных с принятием новой конституции и межклановой борьбой. Из них Бакиев вышел победителем и окончательно взял власть в свои руки, установив персоналистский режим похлеще акаевского. Коррупция и семейственность стали всеобъемлющими. Притеснения оппозиции и СМИ также превзошли уже виденное.

Казалось, что в последний год Бакиев шел от одного успеха к другому – он выиграл с подавляющим превосходством президентские выборы в 2009 г., затем сформировал полностью ему подконтрольное правительство, к тому же лишенное многих полномочий, которые перешли к его сыну Максиму, возглавившему специально под него созданное Центральное агентство по развитию, инвестициям и инновациям. Многое называли эту структуру "теневым правительством" республики и полагали, что таким образом Бакиев готовит себе преемника. Особенно эти слухи усилились после того, как две недели назад Бакиев предложил принять новую модель управления страной – "совещательную демократию", сказав, что традиционная парламентская многопартийная демократия Киргизии не подходит.

Все это вызвало возмущение оппозиции. Волнения начались с Таласа – центра одноименной области, где штурмом была взята администрация. Туда вылетел министр внутренних дел Молдомуса Конгантиев, но в итоге его вместе с одним из вице-премьеров взяли в заложники, зверски избив, а власть окончательно перешла в руки восставших.

Одновременно в Бишкеке начались аресты лидеров оппозиции, к концу дня 6 апреля за решеткой оказались почти все мало-мальски значимые фигуры. Утром 7 апреля лидеры Социал-демократической партии призвали народ собраться на митинг, который тут же был объявлен незаконным. В итоге попытки его разогнать переросли в крупномасштабные столкновения бунтующей молодежи с силами правопорядка.

К вечеру 7 апреля восставшие захватили всю власть в городе, в том числе президентский дворец, сожгли задние генпрокуратуры, выпустили на волю всех арестованных лидеров оппозиции. Также власть Бакиева обрушилась во всех северных областях, где произошли перевороты с участием тысяч бунтовщиков. Сам президент бежал на свой родной юг, где утром 8 апреля власть тоже постепенно перешла в руки восставших.

В Бишкеке же тем временем было сформировано временное правительство во главе с Розой Отунбаевой, а ее заместителями были назначены видные оппозиционеры – Атамбаев, Текебаев, Сариев, Бекназаров, Исаков. Парламент распущен, президент Бакиев лишился своих полномочий и теперь Киргизию ожидают досрочные выборы.

Подведем итоги внезапной революции в Киргизии. Поддержка репрессивной власти всегда условна. Стоит хоть в одном месте дать слабину, как возможна цепная реакция распада. Силовики разбегаются, чиновники саботируют ее решения и выжидают. Даже арест вождей сопротивления ничего не решает, поскольку в силу вступают неконтролируемые народные массы с самыми радикальными планами, которые меняются каждую минуту – от штурма дома правительства до мародерства.

Когда люди не видят улучшения своего социально-экономического положения, и у них уже есть опыт удачной борьбы, взрыв возможен в любую минуту. Формально Бакиев обладал всей полнотой власти, контролировал все и вся, маргинализировал оппонентов, но это его не спасло. Его одномоментно предали все. Стоило Бакиеву проявить слабость и неуверенность, как вся его вертикаль власти обрушилась. Конечно, нельзя забывать такие важные факторы как менталитет народа и его конкретный политический опыт. Киргизы – это не узбеки и не казахи, у них еще свежи в памяти события тюльпановой революции. Именно эти воспоминания вели толпу, когда лидеры оппозиции оказались за решеткой.

Отметим, что незадолго до этих событий Роза Отунбаева приезжала в Москву. Автору этих строк довелось присутствовать на встрече с ней в Московском центре Карнеги, где она рассказывала о нарастании недовольства властями в республике. Тогда это казалось преувеличением. Сегодня выясняется, что это была подготовка к возможным событиями.

Что теперь ждет Киргизию, сказать сложно. Все будет зависеть от множества факторов, но ясно одно – допускать в таких масштабах коррупцию, клановость и семейственность, подавление СМИ и оппозиции ни один лидер уже не сможет.  http://www.novopol.ru/text83298.html