ДЕКРИМИНАЛИЗАЦИЯ КОЛДОВСТВА 

Советы неравнодушного

Нарастающие протестные акции, прежде всего со стороны ликвидаторов Чернобыльской аварии, и на их фоне слухи о скорой отставке кабинета Николая Азарова стали основным информационным лейтмотивом на отчетной неделе.

Да, акции протеста не слишком многолюдны, они не идут ни в какое сравнение с Майданом-2004 и заметно уступают по численности «Украине без Кучмы» 2001-го. Но в них есть несколько очень неприятных для власти моментов.

Во-первых, это самый крупный социальный протест за всю историю независимой Украины.

Во-вторых, протест, охватывающий ряд регионов, наиболее заметен (кроме столицы) в Донецком регионе, средоточии электората ПР. Есть ощущение, что противники власти намерены в первую очередь раскачать шахтерский край (такое подозрение закрадывалось и ранее в связи с протестами вокруг закрытия украинской школы в Донецке).

Конечно, раскачать так, как сейчас, не удалось бы, если б не было объективных причин для раскачивания. Тем не менее любопытно, почему так активны именно донецкие, луганские и харьковские чернобыльцы, а не, скажем, винницкие, полтавские и кировоградские? В любом случае в акциях заметна рука профессиональных политтехнологов.

Она видна и по вилам с наколотыми ананасами, которые в Киеве несли к Администрации Президента; и по вилам без ананасов, с которыми обманутые вкладчики под руководством депутата райсовета от «Фронта перемен» бросались на Донецкую обладминистрацию; и по пустому гробу, который носили по улицам Донецка на мероприятии памяти похороненного днем ранее голодавшего Г. Коноплева.

В-третьих, протестные выступления объединяют русскоязычных чернобыльцев и «оранжевую» оппозицию, включая «Свободу» и «Тризуб». Какие-либо левые политсилы на их акциях незаметны. Умершего Коноплева тут же отпевает священник УПЦ (КП), а УПЦ (МП) никак не отреагировала на происходящее. Поэтому весьма вероятно, что оппозиция оседлает нынешнее протестное движение, тем более что пока заметные лидеры из возмущенных низов не появились. А в ряды протестующих вливаются и ликвидаторы из «регионалов» — имею в виду заметного на харьковской политической сцене Владимира Проскурина, который неизменно оставаясь ведущим чернобыльским активистом, побывал до ПР и в СПУ, и в ПСПУ.

В-четвертых, если власть устами Николая Азарова говорит о «липовых» чернобыльцах, справках и судебных решениях, то почему не предъявлены доказательства этого? Или на самом деле что-либо, кроме слов, предъявить трудно?

В-пятых, инициативы власти о заметном повышении пенсий чернобыльцам встречают спрогнозированную реакцию — «не надо повышения, выполняйте закон». А о том, что на самом деле закон неоднозначен и ситуацию можно трактовать, как правовой вакуум, — мы в прошлых «советах» об этом детально писали — власть практически не говорит. Касался темы лишь глава правления Пенсионного фонда Борис Зайчук, но он все-таки ньюсмейкер второго ряда, а самое главное — в чем заключается этот вакуум — он никак не пояснил.

Правда, высказанное в прошлом номере предложение озвучить цену социальных льгот, прежде всего чернобыльских, все-таки прозвучало. И даже до его появления в печати. Так, 29 ноября вице-премьер Сергей Тигипко сказал, что с учетом долгов на выплаты всем льготным категориям граждан необходимо 170 млрд. грн., в частности чернобыльцам — 6,6 млрд. грн., участникам войны — 10 млрд., детям войны — 10 млрд.

С его точки зрения — эта сумма неподъемная для бюджета. Однако обратим внимание, что как объективно следует из слов Тигипко, выплаты чернобыльцам составляют лишь 3,9% общего объема льготных выплат. Конечно, и 6,6 млрд. — очень большая сумма, но стоит ли игра с отменой льгот свеч, тем более что речь пойдет, вероятно, об экономии лишь 2—3 млрд. по данной статье — льготы ведь планируется сократить, но не отобрать совсем.

Поэтому очень уместным выглядит высказывание президента в Енакиево о том, что он против сокращения льгот всем социально незащищенным слоям, и поручил правительству собрать все заинтересованные стороны и решать проблему через наблюдательный совет (видимо, речь идет о наблюдательном совете ПФ).

О детях, не нужных — по мнению Тигипко — Украине

Позитивный шаг и заявление первого вице-премьера Андрея Клюева о намерении правительства отозвать законопроект №9516, которым предполагалось установить зависимость между величиной пособий по беременности и родам и пособий одиноким матерям от уровня дохода, т. е. выплачивать их только малообеспеченным. Отметим, что в отдельных странах существует противоположная практика — чем выше доход, тем больше выплаты. Например, об этом говорилось в интервью премьер-министра Латвии в прошлом номере «2000». Так предполагается увеличить рождаемость среди обеспеченных слоев населения. Первый вице-премьер сделал упомянутое заявление 3 декабря, однако документ до сих пор значится на сайте Верховной Рады как неотозванный, хотя официально он как бы уже отозван правительством.

Но слово не воробей — о своих намерениях «потрясти» одиноких матерей власть проинформировала общество, которое дало им свою предсказуемую оценку. Мы же невесть в который раз отметим слабость информационного обеспечения власти, бесперспективность и вредность (для самой власти) попыток провести непопулярные решения «втихаря», регистрируя законопроект в ВР без какого бы то ни было информационного сопровождения.

Потому о проекте закона население узнало через интерпретацию ряда то ли «не разобравшихся», а, вполне возможно, сознательно превратно истолковавших законопроект СМИ, утверждавших, что предполагалось аннулирование или сокращение и помощи при рождении ребенка. А она сегодня составляет на первого ребенка 27 тыс. грн., второго — 54 тыс., третьего — 109 тыс. грн.

И «посыл» до «масс» дошел — меня спрашивали далекие от повседневного слежения за политическими событиями знакомые, правда ли это.

А ведь предлагавшиеся новшества не носили «глобального» характера. Как сказано в законопроекте, помощь не назначается, если средний совокупный доход семьи превышает прожиточный минимум на ребенка до 18 лет плюс средняя зарплата по стране за предыдущий месяц (для матери-одиночки).

Хотя законопроект и отозван, считаем необходимым подробно рассмотреть эту инициативу, ведь у власти, особенно у Минсоцполитики, возглавляемого Сергеем Тигипко, есть «привычка» возвращаться к отвергнутым идеям, слегка «перелицевав» их. И прежде всего отметим скромный, явно не компенсирующий негативный общественный резонанс, «экономический эффект» от данного закона — ведь матерей-одиночек, имеющих доход от 3 770 грн. (такой лимит получается на сегодняшний день), не так уж много.

Но главное в другом — не всякая социальная помощь должна быть только адресной. Да, скажем, жилищные субсидии пусть получают только действительно малоимущие, но разве поддержка, стимулирование семей с детьми, деторождения — не государственная задача? Ведь правительство не собирается (пока во всяком случае) ограничивать помощь всем молодым матерям, о которой мы говорили выше, ее даже планируют увеличить в наступающем году. К слову, такие программы есть и в других странах. Так, в Германии все родители, независимо от уровня доходов, получают до достижения учащимися чадами 27-летнего (!) возраста ежемесячную помощь на ребенка в размере от ¤ 184 и выше в зависимости от количества детей.

Так неужели, по мнению Сергея Леонидовича, женщины, родившие и воспитывающие ребенка в одиночку, не заслуживают помощи от государства (размеры которой и так позорно низки), если с дитем на руках они еще ухитряются относительно прилично зарабатывать, хотя и нынешнюю среднюю зарплату по Украине достойной не назовешь? Неужели матери-одиночки обязаны нищенствовать? И как, урезая помощь матерям-одиночкам, вице-премьер по социальной политике намерен стимулировать рост рождаемости в переживающей демографическую катастрофу Украине? Кстати, именно демографической ситуацией Тигипко объяснял необходимость повышения пенсионного возраста.

Не просто непопулярный, а вызывающе непопулярный характер многих инициатив Минсоцполитики заставляет предположить, что речь идет не о политическом камикадзе, жертвующем собой ради интересов государства и неких «реформ», а о сложной политической игре, в которой эти непопулярные шаги — один из элементов, ведь их тень ложится не только и не столько персонально на Тигипко, а на власть в целом, особенно на премьера Азарова.

О декриминализации колдовства

Отвлечемся ненадолго от дня сегодняшнего. Заглянем в туманные исторические дали.

Представим себе времена Столетней войны. Процесс над Жанной д'Арк завершился, и Орлеанская дева ждет казни. И в этот момент окружение возведенного ею на престол короля Карла VII обращается к его противнику английскому монарху Генриху VI — дескать, бросаем мы королевские лилии (символ Франции на ее гербе) в лапы британского льва, не поддерживаем претензий Карла на престол, признаем Генриха как единственного законного государя обеих народов, согласны с требуемой им данью в английскую казну с французских территорий, обращаем в собственность той же самой казны поместья, подаренные французским рыцарям за доблесть в этой войне, а заодно отказываемся платить из казны какие-либо льготы французским лучникам, копейщикам и прочим ветеранам Столетней войны — только пускай великодушный британский монарх декриминализует колдовство, по крайней мере для одной Жанны д'Арк, и отпустит ее из руанской темницы.

Ясно, что в подобном случае героический облик Жанны потускнел бы, если бы из темницы она не сказала: «пусть меня сожгут, но не отдавайте Францию англичанам». Предложившие обменять французскую независимость на жизнь Орлеанской девы оказались бы на свалке истории.

Юлию Тимошенко, как известно, ее сторонники любили сравнивать с французской национальной героиней. Конечно, всякое сравнение хромает. И если оно было вполне уместным во время «оранжевой революции», когда Ющенко смахивал на не слишком решительного Карла, мужество в которого, как мы помним, и пыталась вдохнуть Жанна д'Арк, то затем, когда Юлия Владимировна стала бороться за первую роль в государстве, натяжка выглядела очевидной — Орлеанская дева уж точно на престол не претендовала.

Тем не менее ни с каким иным побывавшим в тюрьме историческим персонажем Юлию Владимировну не сравнивали. А поэтому, думается, вышеизложенная историческая альтернатива вполне корректно соотносится с реальными событиями, произошедшими 6 декабря в стенах ВР.

Тогда лидер фракции БЮТ-«Батькивщина» Иван Кириленко отметил, что фракция готова взять политическую ответственность за принятие непопулярных решений, в частности за бюджет на 2012 г., за закон о рынке земли и за отмену социальных льгот, в том числе для чернобыльцев и афганцев — лишь бы в пакете с этим решением были освобождены Юлия Тимошенко и Юрий Луценко.

Правда, через пару часов фракция БЮТ открестилась от такого заявления своего лидера. Однако дезавуирование вышло весьма скромным. Так, Кириленко о позиции фракции сказал следующее: «...решение принято такое: то, что говорилось здесь, это ваше личное (то есть самого Кириленко. — С. Б.) мнение, мы не доверяем вашим коллегам по парламенту и ни на какие компромиссы, ни на какие предложения относительно какой-то совместной ответственности в ущерб народу не пойдем» (УНИАН). То есть очевиден подтекст — дело не только в сути законов, но и в доверии — если бы бютовцы доверяли «регионалам», то проголосовали бы за весь пакет.

А главное доказательство фиктивности дезавуирования — то, что слова Кириленко остались для него без серьезных последствий. Да, 7 сентября его в итоге сменили как лидера фракции на Андрея Кожемякина. Однако публично мотивировка решения не была озвучена. Конечно, догадаться легко. Но если бы в БЮТ и вправду возмутились, то не просто мотивировку озвучили бы, а вообще — изгнали бывшего лидера из фракционных рядов за недопустимые уступки с таким же шумом, как изгоняли «тушек». И кстати, реакции самой Юлии Тимошенко на всю эту историю до сих пор нет. Хотя, конечно, может, ей действительно плохо и она не знает, что в парламенте происходит.

Итак, мы вновь убедились: политики действовали и действуют в первую очередь не в интересах народа, а в интересах своих лидеров и своих спонсоров. Хотя и говорят при этом неизменно, что поступают в соответствии с народными интересами.

Действительно, одно дело на словах разглагольствовать о благе народа, прикрывая такими речами истинные намерения и не вытаскивая неблаговидных вещей на свет Божий. А другое дело — публично отказаться от принципов для блага своего лидера, при этом жертвуя в своем отказе не личными благами, а благами, которые до сих пор объявлялись ими народными. Это разная степень цинизма. В любой нормальной стране такая декларация, какую сделал Иван Кириленко, означала бы политическое харакири и его личное, и его партии.

И теперь у власти есть прекрасная возможность разоблачать лицо ведущей оппозиционной силы. С одной стороны, можно с полным основанием говорить, что «Батькивщина» думает не о народе, а о Юле. А с другой —можно задаться вопросом: а может, предложенные законы не так плохи, если БЮТ готов проголосовать за них на определенных условиях (при том, что у большинства, видимо, вполне достаточно голосов для их одобрения без участия оппозиционеров)? Причем оба мессиджа можно озвучивать одновременно.

Помочь в решении социальных проблем, безусловно, могло бы новое российско-украинское газовое соглашение. Недавние заявления и министра энергетики Юрия Бойко, и посла России в Киеве Михаила Зурабова дают основание считать, что договоренность будет достигнута до Нового года. И очертания ее весьма прозрачны — появится газовый консорциум, только не трехсторонний, а двусторонний — без участия европейцев. На фоне кризиса еврозоны ожидать участия европейцев в масштабных проектах было бы наивно. Дележ с Россией газовой трубы обеспечит загрузку украинской ГТС и снижение цен на газ для Украины.

Но важно распорядиться последствиями этого возможного снижения. Мы уже имеем печальный пример, когда после Харьковских соглашений власть заявила, дескать, цены на газ для населения не поднимутся (видимо, не предполагала бурного роста цен на энергоносители). Они поднялись, и оппозиция на этом успешно спекулировала.

Нет, здесь нужен честный разговор, тем более что «сдача трубы» может вызвать еще больший всплеск эмоций оппозиции, чем продление базирования ЧФ.

Вот в такой ситуации как раз нелишне будет напомнить о предложенном Иваном Кириленко пакетном голосовании, показавшем, что на самом деле оппозиционеры более всего беспокоятся о своем лидере, а не об Украине.