В СССР не было секса, свободы и жвачки. А ещё СПИДа, наркотиков, педофилии и порнографии. Зато сейчас мы вторые в мире по производству детского порно. Новость о том, что многодетная мать сдавала трёхлетнюю малютку в аренду педофилу, лишь мелькнула во второстепенных изданиях. Но убийство ребёнка приёмными родителями в Штатах не сходит с первых полос, скандал раздувается до масштабов национальной катастрофы. А сотни детоубийств русскими родителями не обсуждаются даже на кухнях. Никого не волнуют покалеченные, изнасилованные, замученные, ночующие в канализационных люках.

УНИЧТОЖИЛИСВЕРХДЕРЖАВУ…. И НИКТО НЕ ВИНОВАТ?

За двадцать лет наши правители превратили сверхдержаву в карликовое государство, сведя внешнюю политику к торговле, а внутреннюю — к грабежу. Раздавая территории, словно на земельном аукционе, они рвут страну на тряпки, из которых шьют дорогие костюмы.  Но своих поместий не отдадут ни пяди, пряча их за высоким забором и законами очастной собственности. Культ личности сменился культом «личного»: ты — то, чтоты имеешь. А если не имеешь ты, имеют тебя.

«Я должна вам сообщить ужасную весть; вы найдёте то, чего и не знаете: в России вы найдёте рабов!» —говорила мать будущим декабристам Муравьёвым, встречая после учёбы за границей.  И сегодня «их» университеты оплачивают рабы, вот только «тайные общества»  собираются не для того, чтобы облегчить участь народа, а чтобы выжать последние   соки. Будто и не было 1917 года! Как и 200 лет назад, устраиваются  благотворительные балы, открываются странноприимные дома, а меценаты ценятся  выше творцов, которые липнут к ним, словно попрошайки.

Вопрос «Кто виноват?»давно не звучит, ведь ответ есть в учебниках, фильмах и на первых полосах всех  газет: «Советская власть». Виновата на век вперёд. Если Россия просуществует  столь долго. Но и тогда виновников распада будут искать не в нынешнем Кремле, а  в пломбированном вагоне в прошлом.

«В советских деревнях  не было паспортов!» А в российских — нет людей. В опустевших селениях земля   скупается за копейки, жители брошенных деревень рады обменять её и на бутылку  водки. Сельское хозяйство кануло в лету, важнейшей из наук стала астрология, апромышленность дышит на ладан.

Советские лагеря — в  прошлом. Вот только ныне «сидит» больше, чем во всём СССР. Но гуляют на свободе  насильники и убийцы, торговцы оружием и наркотиками, воры и грабители, растлители  и порнографы, сутенёры и государственные преступники. Российское правосудие —самое гуманное в мире! Битцевский душегуб, переплюнувший Чикатило, красуясь  перед телекамерами, смакует убийства и просит скостить срок. Расстрелы ведь  тоже в прошлом. Расстреливают теперь только за царапину на дорогой машине. Или  за критику власти.

«Не раскачивайте   лодку!» — кричат оппозиционерам. А может, яхту? С горсткой избранных?   Остальные-то за бортом. Чтобы высказаться против власти, нужно просить её  разрешения, а где на улице двое, там и ОМОН — третий. Однако, нет статьи,  запрещающей управленцам собираться вместе, чтобы превращать в закон всё новые  беззакония. А какие законы можно ждать от тех, кто живёт по воровским?

«Закрома Родины» давно   в швейцарских банках и лондонских особняках. А государственный бюджет  превратился в гослото: джекпот только у устроителя. Лохотрон у нас на каждом   углу: и в Кремле, и в тёмном переулке. «Не хотите стать совладельцем западного   бизнеса?» — ловит прохожих за рукав лысоватый мужичонка в потёртом пальто. В  России — все напёрсточники, «Обмани ближнего» — наша главная заповедь.

В СССР не было секса,  свободы и жвачки. А ещё СПИДа, наркотиков, педофилии и порнографии. Зато сейчас   мы вторые в мире по производству детского порно. Новость о том, что многодетная  мать сдавала трёхлетнюю малютку в аренду педофилу, лишь мелькнула во второстепенных изданиях. Но убийство ребёнка приёмными родителями в Штатах не  сходит с первых полос, скандал раздувается до масштабов национальной   катастрофы. А сотни детоубийств русскими родителями не обсуждаются даже на  кухнях. Никого не волнуют покалеченные, изнасилованные, замученные, ночующие в  канализационных люках. Сирот сегодня больше, чем после войны. И это сироты при  живых родителях, которые спились, сгинули в тюрьме или выбросили ребёнка на  улицу, как ненужную вещь. Ничего, лишь бы не было революции!

Косноязычие генсеков  высмеивают даже те, кто никогда их не слышал. Зато современные политики   соревнуются в остротах, будто на эстраде. Их речи — звонкие, как монеты, но  пустые, как кошельки у россиян. Кремлёвские имиджмейкеры творят чудеса, словно    феи из старой сказки, превращая золушку в принцессу. Им под силу коротышку  сделать мужчиной среднего роста, а невзрачного дядечку — героем-любовником.

Телекадры решают всё: выворачивая  наизнанку, чёрное делают белым, а вымирающую страну — процветающей, приучая не верить собственным глазам. Производство превращало человека в машину, а  телевидение превратило в скотину. Homo Sapiens`а сменил Homo Video, с  телевизором вместо головы. Но антенн много, а транслятор — один.

Терроризм — угроза  обществу? А буржуазный терроризм, убивающий души и сердца? Обыватели молятся на  рублёвские иконы красивой жизни, беря их примером для подражания. Словно   эллочки-людоедки, женщины соревнуются с журнальными красотками, подсаживаясь,  как на антидепрессанты, на «звёздные» сплетни. Российская элита — государство в   государстве. А народу, как дворне, позволяют в замочную скважину подглядывать   за жизнью господ. Бедняки зачитываются рейтингами миллиардеров, прикидывая  убытки и радуясь росту состояния. А у самих — дыры в кармане.

«В магазинах — не точто в совке, всего полно!» — радуется больничная санитарка. У неё зарплата 10000, половину тратит на дорогу. В электричке она проводит восемь часов в два  конца, приезжая в столицу из соседней области, потому что в родном городе   платят 2000, да и такую работу — днём с огнём. «Не то, что в Совке!» Пустые  желудки, пустые головы…

«Если кто идёт работать   на хозяина, то понятно, что он становится человеком подневольным; он должен  хозяина слушаться, и хозяин его может наказывать. Крепостные крестьяне работали   на помещиков, и помещики их наказывали. Рабочие работают на капиталистов, и   капиталисты их наказывают. Разница вся только в том, что прежде подневольного   человека били дубьём. А теперь его бьют рублём», — писал в конце XIX века ВладимирЛенин. Зато советские служащие лениво ходили на работу, трудились спустя  рукава, дружно ругая советскую власть. Теперь они, как псы, грызутся друг с  другом за повышение и трепещут перед хозяином. А тот за копейки выжимает все   соки из работника. Загадки виктимологии? Или психологии?

Цензурный гнёт?   Тотальный контроль над инакомыслием? Это пережиток прошлого! Сегодня издано   всё, запрещённое в СССР, а в Интернете выложены все энциклопедии, справочники и  книги, от древних авторов до непризнанных современников, на всех языках. Но 70%   пользователей сети обращаются только за свежей «порнухой».

Как не вспомнить Петра   Струве: «Мы забываем, что обществу нашему нужны идеалы — политические,гражданские и иные — главным образом для того, чтобы, запасшись ими, можно былоуже ни о чём не думать, что ищет оно их не с юношеской тревогой, а с  послеобеденным спокойствием, что разочаровывается оно в них не с душевными   муками, а с лёгкостью аркадского принца. Таково, по крайней мере, громадное   большинство нашего общества. Ему, собственно говоря, и не нужно никаких    идеалов, потому что оно сыто и вполне удовлетворяется утробными процессами».

Россияне сметают с   прилавков кроссворды, гороскопы, анекдоты, кулинарные рецепты, светскую и   криминальную хронику… Современная научно-популярная литература — переводы   западных авторов, рассчитанные на любителей комиксов. Зато советские научные   книги выносятся на помойку из библиотечных хранилищ, не вмещающих детективы и  любовные романы. В последние годы под эгидой церкви с размахом празднуются дни   славянской письменности. Не честнее ли назвать их поминками? Ведь грамотность   приближается к дореволюционному уровню. А зачем выше? Читать этикетки?

Москва оклеена  рекламой: «Мужчины любят женщин интеллигентных профессий». И ниже: «приглашаем  на работу продавцов и кассиров». Зато физики и лирики сегодня — «лузеры», а   писать сценарии к рекламным роликам почётнее, чем изучать сценарий рождения  Вселенной. В России, как в Царствии небесном, последние стали первыми. Вовласти — троечники, с грехом пополам закончившие школу. Зато  неквалифицированные рабочие — самые образованные в мире. В 90-е годы армию  дворников и грузчиков пополнили научные сотрудники. А в «нулевые» появились   расклейщики объявлений и торговцы со знанием нескольких языков и   университетским дипломом в кармане. Слава Богу, институтское распределение   осталось в истории проклятого тоталитаризма.

Революции совершаются в  умах — вот только не передаются по наследству. И следующие поколения искренне  верят, что им «недодали». А сегодня те, кому «недодали», доживают в нищете,повторяя, как мантру: «Лишь бы не было революции…»

Анархия — матьолигархии! Современная Россия — это милиция, которая не ловит преступников,врачи, которые не лечат, власть, которая не управляет. И народ, которыйбезмолвствует. Тем, у кого постоянная регистрация в Кремле, нечего бояться.

Их не задавит на  тротуаре дочка главы избиркома, не «зарежет» неумелый хирург и не расстреляет   Евсюков. А остальные стерпят, глотая, как транквилизаторы, фильмы о пьяной  матросне и благородных крепостных помещиках. «Уравниловка» страшнее чумы, при  этом слове трепещут все: и те, кто проводят жизнь в гонке за лишней тысячей   баксов, и те, кто старятся, перекладывая бумажки в офисе, и те, кто спиваются  без работы и семьи.

Вымирайте с миром! Лишь  бы не было революции?

Елизавета Зорина