Выход из ловушки — есть, и он очень простой. Признать Южную Осетию. И превратиться из агрессора в полноправного гаранта мира, призванного другим суверенным государством. В таком, и только в таком случае в Осетии уже не будет войны. Потому что эту войну некому вести. Для США и НАТО ввязываться в это дело нет никакого смысла. У Грузии — никакой физической возможности. Военный потенциал этой страны теперь совершенно очевиден. То есть, признание Южной Осетии есть простейший и удачнейший рецепт долгосрочного мира. Надо поступить всего лишь так, как Турция, признавшая в 1975 году, после военного конфликта на острове государственность Северного Кипра

 С. БЕЛКОВСКИЙ: НЕОБХОДИМО СРОЧНО ПРИЗНАТЬ ЮЖНУЮ ОСЕТИЮ!

ГДЕ РОССИЯ, или КОНЕЦ ПОСТСОВЕТСКОГО МИРА

В конце июля 2008 года, когда в результате очередных неприятностей в экономике США и масштабных спекулятивных игр поколебался фондовый РФ-рынок, а премьер Владимир Путин сказал что-то неблагозвучное про компанию «Мечел», наша либеральная общественность устроила большой вой на тему: Где же президент? Почему он не вмешивается? Не спасает ангельский «Мечел» и не хватает под руку споткнувшийся рынок?

В тот час я был всецело на стороне Дмитрия Медведева. Молчит – а что он должен делать? Выйти и сказать: как хороши, как свежи были трансфертные цены на уголь? Или: платить налоги – дело вредное и опасное для инвестиционного климата? Или: фондовый спекулянт – ум, честь и совесть нашей эпохи? Хорошо, что у нас есть хотя бы глава государства, не столь прямо озабоченный бизнес-вопросами, как его предшественник. Президент, который может и умеет мудро проигнорировать очередную коммерческую разборку, выдаваемую за технический конец света.

Минувшей ночью грузинские войска вошли в Южную Осетию – через 3 часа после официального заявления, что войны не будет, будут переговоры – и начали штурм Цхинвала. К утру половина города была уже разбомблена и расстреляна прямой наводкой, 11 югоосетинских сел – захвачены совсем. Российские «миротворцы» в ответ не сделали ничего, ровно ничего, несмотря даже на то, что сами попали под прямой и недвусмысленный артобстрел. Они не получили приказа.

И никто не поспешил спросить: а где же президент? Где Россия?

Миролюбивый президент Медведев находится в Самарской области. В санатории «Волжский утес». Он не счел необходимым прервать свой отпуск. Ради похорон Солженицына – да, прервал, из-за какой-то там войны, которая вот-вот выльется в похороны целого постсоветского мира  – нет.

Немиролюбивый (как зачем-то принято считать) премьер Путин прибыл на Олимпиаду в Пекин. Не развернул свой самолет, как другой российский премьер в 1999 году. В счастливом Пекине Путин, немного уставший от перелета, сообщил, что «США и Китай против начала войны в Осетии». То есть, если с путинского на русский: всемирное начальство вроде бы недовольно происходящим. Правда, война шла к тому моменту уже 12 часов. И протестовать против ее начала было (и остается) столь же бессмысленно, сколь выступать против генерального наступления пятницы, 8 августа. Мы уже живем в пятнице, этого нельзя изменить.

И страна Российская Федерация тоже не вышла из отпуска. Она равнодушно созерцает разгром Южной Осетии. Безмолвных безответных миротворцев. Наш разгром.

В ночь на роковую пятницу, 8-е, умерли, наконец, два мифа, придуманные некогда Кремлем и активно поддержанные и либеральной РФ-общественностью, и всякими влиятельными кругами на Западе.

Миф первый. Геополитическое значение и роль России за последнее время возросли.

Грузинские танки показали, что они плевать хотели на роль и место в России в новейшей истории. Всего пять, тем более – десять лет назад военный поход грузин на Цхинвал был абсолютно невозможен. Теперь очевидно, что Россия более не гарант, не миротворец и даже не посредник. Постсоветского пространства с неформальным центром в Москве отныне вовсе не существует – ни формально, ни фактически.

Утром в эту сегодняшнюю пятницу мне уже приходилось отвечать на недоуменные вопросы прекраснодушных журналистов: как же так, в 1992-м слабая Россия установила в регионе мир, защитив Южную Осетию, а сейчас?. Ответ прост. В то проклятое время у России, оказывается, наличествовали какая-то политическая воля и все еще боеспособная армия. Ныне – нет ни первого, ни второго. Finita. Остается только истерически собирать Совбез ООН и снова убеждаться, что российскую позицию эту Совбез не поддержит. Хотя бы уже потому, что российской позиции не существует в природе. Точнее, была какая-то позиция из двух очень русских либеральных слов: «годить» и «авось». Погодим, а там, авось…

Миф второй. У власти в России находятся люди в погонах. У нас милитократия, понимаешь. Кровавая гебня и прочие военные, мечтающие о возрождении российско-советской Империи.

В ночь на восьмое августа весь мир имел 120%-ную возможность убедиться, что никакой милитократии не было и нет в помине.  Потому что во время войны милитократия движется к линии фронта, а не к пекинским утесам. И наносит удары, а не униженно жалуется по глобальному начальству. И не рассуждает о неизбежном восстановлении мира, когда война уже проиграна процентов на шестьдесят.

Да, Кремлю эти мифы были очень нужны. Ибо наши клептократы должны были казаться русскому народу героическими вождями из прошлых времен, которые если и украли все, что осталось от советской власти, то только ради возрождения этой великой власти и великой страны.

Но за распространение этих мифов несут полную ответственность и русские титулярные либералы. Которые самозабвенно, со слюной у пухлого коллективного рта разносили всякую херню про «милитократию» и «неоимпериализм» с одной-единственной корыстный целью: презентовать преемника Медведева как «меньшее зло» (по сравнению со сказочными «силовиками») и потом щедрой грушей пасть к его ватным ногам.

И Запад тоже потрудился над тем, чтобы запугать кремлевскими силовиками себя самого. Иначе парламенты и народы мира не одобрили бы ни рост военных ассигнований, ни ПРО в Европе, ни расширение НАТО. Западные военные и спецслужбисты все сделали, чтобы подыграть Путину в его безнаказанном мифотворчестве и таким чином «развести» свои собственные страны на новые и новые миллиарды, разведывательные и оборонные, воздушные, сухопутные и морские.

Сегодня подлая мифология потерпела крах. Вместе с остатками российского влияния в бывшей Империи вообще и на Кавказе в особенности.

Саакашвили отправился в поход на Цхинвал, когда понял, что Россия не сможет ему убедительно возразить. Не раньше и не позже. Он не слушал либеральных аналитиков и не смотрел кремлевский Первый канал. У него были другие источники информации. Они его, похоже, не подвели.

А тем временем президент Северной Осетии Теймураз Мамсуров, осетинские и абхазские ополченцы выдвинулись к Цхинвалу безо всякой санкции или даже совета Кремля. Ждать кремлевских решений бессмысленно. Надо брать в руки оружие и действовать. Федеральной российской власти не существует, по крайней мере, ее не надо принимать всерьез - это на Кавказе в пятничную ночь поняли очень отчетливо. Какие будут последствия?

Но российская правящая элита совершенное не волнуется. И не вопиет от земли, как в историях с ЮКОСом / «Мечелом». Ей-то на самом деле эти непризнанные государства были сто лет не нужны. Чемодан без ручки. Нести тяжело. А бросить можно, но прежде было рано – народ мог не понять. Сейчас народ уволен из политики, так что…

Да, кстати, как там фондовый рынок? Падение незначительное, индекс РТС опустился всего на 0.19%. Правда, как сообщают аналитики, «акции сырьевых компаний оказались под давлением», но это не из-за войны, которую Россия может в ближайшие часы окончательно проиграть, а «из-за опасений глобальных инвесторов, связанных с состоянием мировой экономики». В общем, все ничего, слава Богу. Вот и председатель комитета по безопасности Госдумы, генерал милиции Владимир Васильев, одно из уверенных лиц «партии власти», сообщает, что: а) говорить о политическом убежище для лидеров Южной Осетии преждевременно; б) созыв внеочередного заседания Думы для обсуждения ситуации не требуется. Молодца.

Где теперь Россия – мы знаем. В полной жопе. Надо было дожить до пятницы, 8 августа 2008 года, чтобы это признать. Отважимся существовать дальше.

Кое-какие подкремлевские прохвосты, которые 8 августа около полудня уже готовились оправдывать наш осетинский позор (дескать, да кому вообще нужна эта горно-спиртовая республика?). к ночи на девятое заговорили, ни много ни мало, о полном и окончательном РФ-триумфе. Требующем немедленно откупорить ящик-третий «Вдовы Клико».

С «триумфом» этим надо разобраться, пока он липкой жвачкой не увяз в незрелых мозгах.

Итак.

Первое. Главная миссия России в Южной Осетии с 1992 года состояла в том, чтобы предотвратить войну. И обеспечить безопасность маленького непризнанного государства.

Россия выполнить эту миссию не смогла.

Мы вступили в войну через две трети суток после ее после начала, когда Цхинвал был уже почти разрушен, а тысячи наших людей, включая миротворцев — погибли. Это похоже на «Скорую помощь», которая приезжает к больному через 16 часов после инсульта. На охранника, который начинает защищать охраняемого, когда тому уже разбили в кровь лицо и сломали четыре ребра.

Второе. Всякое ответственное государство имеет в запасе план действий на случай такого весьма вероятного события, как грузинское вторжение в Осетию. А не начинает лихорадочно придумывать его через 12 часов после события.

Третье. У ответственных государств, имеющих приоритетные интересы в некоторых сопредельных регионах, как правило, работает разведка. Которая своевременно предупреждает о ключевых грядущих явлениях судьбы.

Учитывая, что 8 августа не только все политическое руководство страны, но и командующий Северо-Кавказским военным округом пребывали на отдыхе, разведка у нас или совсем не работает, или ее донесения давно никому не интересны.

Четвертое. Мифы о «геополитическом РФ-усилении» и «милитократии» получили таки свои путевки в исторический крематорий-колумбарий.

Потому что если б Россия действительно контролировала постсоветское пространство, как в прежние лихие времена, никакая война не могла бы начаться. А любой уважающий себя милитократ начал бы действовать в 23:15 7 августа — и тем самым спас бы Цхинвал, равно как и тысячи русских и осетин.

Так что, воля ваша, господа, не очень триумфально получается.

Хотя, конечно, телекартинка все спишет. Так что можете открывать свою шипучую «Вдову», если слишком горит.

Да, кстати, про мой любимый фондовый рынок. Его падение на критические 6% произошло вовсе не тогда, когда Россия безмолвно созерцала осетинскую бойню. А именно в тот момент, когда Кремль все же решил пойти на войну. И не из-за угрозы русского поражения, а совсем наоборот — из страха перед ухудшением отношений между Россией и США.

Немудрено: здоровье рынка гарантируют западные, преимущественно американские «глупые деньги» (на всякий случай — это термин, а не эмоциональная оценка). Они и решают, когда рынку расти, а когда — отцветать.

Но, несмотря на всё вышесказанное, нет сомнений, что худшего удалось избежать. А худшее для России, как известно, — это дискредитация царского (президентского) трона.

Дмитрий Медведев, пусть и с большим опозданием, нашелся. И показал, что он президент, и только он принимает решения, и правит страной. Тогда грузинское войско повернуло вспять.

Блицкриг Михаила Саакашвили провалился. Но в международно-правовую ловушку, учиненную грузинским лидером, Россия все-таки угодила. Теперь РФ, с чисто формальной точки зрения, стала агрессором и уже не может быть равноудаленным миротворцем. И значит, Тбилиси путем долгих маневров все же может воплотить свою программу-минимум: смену формата миротворческой операции.

Выход из ловушки — есть, и он очень простой. Признать Южную Осетию. И превратиться из агрессора в полноправного гаранта мира, призванного другим суверенным государством.

В таком, и только в таком случае в Осетии уже не будет войны. Потому что эту войну некому вести. Для США и НАТО ввязываться в это дело нет никакого смысла. У Грузии — никакой физической возможности. Военный потенциал этой страны теперь совершенно очевиден.

То есть, признание Южной Осетии есть простейший и удачнейший рецепт долгосрочного мира. Надо поступить всего лишь так, как Турция, признавшая в 1975 году, после военного конфликта на острове государственность Северного Кипра. И никто Турцию за это не разбомбил и вообще никак по-серьезному не обидел. Она спокойно членствует в НАТО и движется в сторону ЕС.

Излишне и говорить, сколь много приобрел бы президент Медведев, если б решение, о котором и помыслить не могли Ельцин с Путиным, было бы принято.

Впрочем, зная, как и чему преднацелен сегодняшний российский режим, надежды на осетинское признание очень мало.

Но надежда для того и придумана, чтобы умирать последней. http://www.apn.ru/