ПОЛИТИЧЕСКИЕ ШОУ НАС УБИВАЮТ 

Владимир КОВАЛЕНКО: «Политические шоу — удар по психике и сердцу»

В центре работают около 800 сотрудников, среди которых 24 профессора, 38 докторов меднаук, 81 кандидат наук, 8 лауреатов Государственной премии. В течение года в поликлинике института получают консультацию около 35 тыс. пациентов, а в стационаре, имеющем 330 госпитальных коек, проходят лечение около 10 тыс. пациентов. Основные направления научно-исследовательской работы ННЦ «Институт кардиологии имени академика Н. Стражеско» заключаются в решении актуальных проблем профилактики, диагностики, лечения и реабилитации сердечно-сосудистых заболеваний, в том числе в разработке и внедрении национальных программ предупреждения и лечения сердечно-сосудистых и ревматологических заболеваний.

С 1998 г. институтом руководит академик НАМНУ профессор Владимир Коваленко.

— Владимир Николаевич, в 1999 г. утверждена государственная программа профилактики и лечения артериальной гипертензии в Украине, которая продолжалась более 10 лет. Ваш центр был ее основным координатором. Каковы итоги этой работы?

— Эта программа стала имплементацией программ, разработанных в европейских странах. К ее реализации привлекли 18 учреждений кардиологического профиля из разных регионов страны. К сожалению, долго она не финансировалась — только в последнее время выделялось 500—700 тыс. грн. в год. Так что мы можем говорить о ее реализации в порядке выполнения кардиологами своих служебных обязанностей. Но тем не менее за 10 лет мы получили вполне оптимистичные результаты.

Кроме того, в 2006—2010 гг. выполнялась государственная программа предупреждения и лечения сердечно-сосудистых и сосудисто-мозговых заболеваний, одним из координаторов которой также являлся наш центр. В результате выполнения этих программ нам удалось снизить смертность больных инфарктами, а людям с сердечно-сосудистыми заболеваниями продлить жизнь на 1,1 года. Если в конце 90-х таковых фиксировалось более 125 тыс. в год, то в прошлом году — 107 тыс. Уменьшилось количество инсультов у людей трудоспособного возраста.

— То есть в целом последнее десятилетие в плане кардиологической помощи прошло под знаком плюс?

— Да, в целом ситуация улучшилась. Но есть один показатель, являющийся притчей во языцех — рост смертности от сердечно-сосудистых заболеваний. Он увеличивается ежегодно, и на сегодняшний день в нашем государстве достиг 66,6% в структуре общей смертности. Ежегодно от сердечно-сосудистых недугов умирают около 500 тыс. украинцев.

— Простите, Владимир Николаевич, но когда я слышу эти цифры, то думаю — а от чего же умирать-то, если не от остановки сердца? Ведь во все времена сердечно-сосудистые заболевания были и наверняка останутся первыми среди причин, приведших к смерти. Не так ли?

— Не могу с вами не согласиться, но в странах Западной Европы этот показатель — менее 50%. Да, эти цифры несколько противоречивы. Поскольку факт смерти за пределами лечебного учреждения — а большинство случаев там и происходит — списывается на сердечно-сосудистые болезни.

Скажем, умер алкоголик на улице — остановилось сердце. Значит ли это, что оно было больным? У него был цирроз печени, поражены почки, к остановке сердца могли также привести общие метаболические изменения. Если патологоанатом проведет скрупулезный анализ, то вряд ли он поставит посмертный диагноз «смерть в результате острой сердечной недостаточности».

Или другая ситуация — умирает раковый больной. Умирает дома, все знают, что у него онкология. Он приходит в агональное состояние, у него падает давление, останавливается сердце, и всем понятно, что основная причина смерти — опухоль, которая истощила организм, привела к сложным нарушениям. Но патологоанатомы в большинстве случаев напишут — смерть наступила от остановки сердца. Это неправильно.

Я не раз поднимал эти вопросы и на уровне Минздрава, и на национальных и международных конгрессах. Говорил о том, что надо менять медицинскую идеологию в этом плане. Здесь нужно вводить административные воздействия, которые принуждали бы к ответственности за постановку диагноза и патологоанатомов, и судебных экспертов, и врачей, которые даже без вскрытия все случаи смерти списывают на сердечно-сосудистые болезни.

— Существует ли сегодня такой диагноз, как «естественная смерть», и сколько людей уходит на тот свет от старости, без определенных болезненных проявлений?

— Есть понятие — смерть от старости. Когда исчерпываются биологические резервы организма. Но такого заключения у нас почти не делают. Это касается только тех случаев, когда люди умирают в возрасте около 100 лет.

Углубленная кардиология

— В Киеве 10 клиник, занимающихся вопросами кардиологии и кардиохирургии. Испытывает ли ваш институт в связи с этим конкуренцию, вам приходится бороться за больных?

— Думаю, не погрешу против истины, сказав, что равных нам нет. «Институт кардиологии имени академика Н. Стражеско» является национальным научным центром для организационно-методической и консультативной работы, подготовки кадров национального уровня, и имеет всемирное признание.

В нашем институте произошло первое прижизненное описание острого инфаркта миокарда в 1909 г. В этом году институт отметил свое 75-летие на государственном уровне. В приуроченном к этому событию ХII Национальном конгрессе кардиологов приняли участие около 3 тыс. врачей из Украины и несколько десятков ученых из 22 стран.

Кардиология в нашем институте разделена на отдельные субспециальности — инфаркт миокарда, сердечная недостаточность, неотложная кардиология, интервенционная кардиология, нарушение ритма сердца, некарогенные болезни миокарда, хроническая ишемическая болезнь сердца, артериальная гипертония, другие направления. И это позволяет нам вникать в ту или иную тематику углубленно. А вот в других учреждениях работают общие кардиологические отделения, и только в некоторых больницах есть еще инфарктные отделения. Но такой детальной структуризации, как у нас, нет ни в одной клинике государства.

Очень важно, что клиническая работа, то есть оказание высокоспециализированной помощи пациентам базируется в нашем центре на результатах научных исследований. Так, наши специалисты изучают распространенность факторов риска основных хронических неинфекционных заболеваний в широком возрастном диапазоне для осуществления их ранней профилактики. Проводятся исследования патогенеза, совершенствование диагностики для оптимизации подходов к лечению больных с артериальной гипертензией по данным оценки индивидуальных особенностей течения заболевания.

Ведется разработка, совершенствование и внедрение в клиническую практику новых методов эндоваскулярного лечения пациентов с разными формами ишемической болезни сердца, разработана концепция максимально ранней реканализации коронарной артерии от момента установления диагноза у пациентов с острым инфарктом миокарда.

Изучается полиморфизм генов у больных с нестабильной стенокардией и сердечной недостаточностью. В центре осуществляются неинвазивные и внутрисердечные исследования электрофизиологических свойств разных отделов сердца перед лечением аритмий методом радиочастотной абляции и выявления кандидатов для имплантации электрокардиостимуляторов.

Проводится изучение особенностей течения и совершенствование диагностики ревматических заболеваний с аутоиммунными и иммуннокомплексными механизмами развития, ведется разработка и внедрение новых технологий лечения этих болезней, в том числе биологическими агентами.

— Судя по истории вашего института, число отделений, существовавших в послевоенное время, к сегодняшнему дню увеличилось чуть ли не в два раза...

— Да, кардиология развивается быстрыми темпами. Только за последние 20 лет появились принципиально новые направления — в частности, интервенционные технологии, электрофизиологическое лечение ритма сердца, сорбционные методы лечения атеросклероза и др. Кардиология — не застывшая наука, она постоянно развивается.

Институт занимается не только профилактическими вопросами. В первую очередь это научно-исследовательский институт. И одна из главных его задач — разработка новых актуальных для кардиологии как фундаментальных, так и прикладных проблем. Мы являемся соразработчиками всех государственных программ по кардиологии, которые выполняются в Украине.

Недавно институтом разработана программа диагностики и лечения дислепидемий, которая предусматривает профилактику и лечение атеросклероза как основной причины развития инфарктов миокарда и инсультов. Институт также участвует в большой международной программе по изучению механизмов развития нарушений ритма сердца, в том числе генетически обусловленных, что имеет чрезвычайно большое значение для прогнозирования, предупреждения и лечения внезапной остановки сердца. Мы сотрудничаем практически со всеми специалистами из развитых стран.

Сегодня много внимания уделяем совершенствованию интервенционных технологий, которые позволяют без травмирования грудной клетки, с помощью катетеров и стентов осуществлять сложные вмешательства, чтобы разрушать атеросклеротические бляшки и тромбы внутри коронарных сосудов, восстанавливать сердечный ритм и нормализовать кровообращение, предотвращая тяжелые последствия инфаркта миокарда.

К слову, смертность от инфаркта в нашем институте всего 3—4%, в то время как в общей медицинской сети этот показатель достигает 30%. Наш успех — результат внедрения новых технологий. Кстати, именно у нас еще в 1997 г. впервые в Украине был применен метод стентирования коронарных сосудов сердца.

— Стентирование на сегодняшний день — наиболее актуальная потребность в кардиологии?

— У нас в стране это направление пока только набирает обороты, хотя в мировой практике — это широко распространенная манипуляция лечения ишемической болезни сердца. В Украине таких вмешательств делается в 15—20 раз меньше по сравнению с западными странами, и это можно отнести к недостаткам отечественной медицины. Но в этом направлении проводится целенаправленная государственная политика, сюда входит и закупка расходных материалов — это катетеры, баллоны, стенты, проводники...

— Их отечественное производство не налажено?

— К сожалению, пока нет.

— Где ваши специалисты обучались этому методу?

— В Германии и США, а сегодня на базе нашего института работает обучающий центр, в котором установлены специальные тренажеры, где врачей обучают этим сложнейшим процедурам. Эти методики требуют высоких мануальных навыков, я бы даже сказал, рукоделия, и мы уже подготовили более 70 специалистов. Большинство отечественных кардиологов, владеющие этим методом, обучались на нашей базе.

— В недавнем интервью нашей газете директор Института сердца Борис Тодуров сетовал, что государственными программами предусмотрено выделение для их института такого количества стентов, которое ставится первоочередникам в первый же день года, и больше бесплатных операций институт делать не может. У вас какая ситуация?

— Ситуация сложная во всем государстве. Мы обеспечены этими медицинскими материалами для всех больных, которые поступают к нам с острым инфарктом миокарда. Таких больных — около 100 человек в год.

Но помимо стентирования есть и другой эффективный метод — тромболизис: введение лекарственных препаратов, растворяющих тромбы в сердце. Для этого уже разработаны и отечественные препараты, стоимость которых в десятки раз ниже (порядка 500—600 грн.), чем импортных. Этих препаратов у нас достаточно, и всех больных, которым показано проведение тромболизиса, мы обеспечиваем бесплатно.

Однако распространено ошибочное мнение, что отечественные препараты (они называются генериками) не столь эффективны, как импортные, и пациенты стремятся сами приобретать зарубежные лекарства, а в общественном сознании создается представление, что кардиологи не оказывают бесплатных услуг.

Это же касается и стентов. Они двух видов — покрытые специальным полимером с лекарством и непокрытые ими, и страховая медицина в таких странах, как, например, США или Германия, предусматривает установку, как правило, непокрытых стентов, цена которых в два раза ниже, чем покрытых. И надо понимать, что по эффективности «экономичные стенты» немногим уступают стентам высшего качества, а в ряде случаев, например, при мерцательной аритмии показана именно их установка.

— Какие еще перспективные исследования в институте Стражеско направлены на борьбу с сердечно-сосудистыми заболеваниями?

— Очень важное направление, которое имеет большие медико-социальные последствия, — нарушение ритма сердца, приводящее к внезапной коронарной смерти. Когда возникает острое нарушение ритма, и оно не распознается, не купируется, несвоевременно оказывается медицинская помощь, и люди с такими осложнениями внезапно умирают. Поэтому очень важным является внедрение телемедицины, когда врач может дистанционно мониторить ритм сердца у таких пациентов.

Им устанавливаются специальные датчики, и в любой момент больные могут определить электрокардиограмму, не приезжая в клинику. Это направление, широко распространенное в западных странах, — у нас, к сожалению, недостаточно востребовано. И не только по причине относительно высокой стоимости, сколько потому, что к этому еще не подготовлены ни врачи, ни пациенты.

— Какова стоимость таких установок?

— От 200 долларов. Причем датчики можно взять и в аренду за 20 долларов в месяц, что сопоставимо со стоимостью использования мобильного телефона. На мой взгляд, эта программа должна обеспечиваться государством, нужно создать сеть таких центров телемедицины на базе кардиологических отделений больниц.

Важна уверенность в завтрашнем дне

— Как бы вы охарактеризовали сегодняшний уровень просвещенности населения в вопросах сердечно-сосудистых заболеваний?

— В нашем государстве насчитывается более 25 млн. больных сердечно-сосудистыми заболеваниями. Среди них очень много больных с малосимптомным или асимптомным течением болезни, когда заболевание есть, но симптомно оно не проявляется, и пациенты считают себя здоровыми. Однако они ходят по лезвию ножа, им постоянно угрожает и острый инфаркт миокарда, и острый гипертонический криз, и жизненно опасные аритмии и остановка сердца.

Массовые осмотры населения, своевременное обращение к врачу чрезвычайно важны. Именно в этом — резерв здоровья нации. А из этих 25 млн. менее 5 млн. под наблюдением медиков.

В Украине за год пролечиваются лишь несколько сотен тысяч больных. И, конечно же, мы напрасно отвергли опыт советских времен, когда выпускались специальные журналы, посвященные профилактике, а СМИ уделяли вопросам здорового образа жизни особое внимание.

Очень важную роль в сохранении здоровья сердечно-сосудистой системы играет психическое здоровье. Но, к сожалению, люди вовлечены в дисгармоничную сферу, которую создают современные сериалы, политические шоу. Ведь многие из нас эмоционально уязвимы, и даже просмотр футбола, бокса, других спортивных программ — для таких болельщиков становится фактором риска, грозящим нарушением ритма сердца, приступами стенокардии, повышением артериального давления. Особенно, если результат не согласуется с ожиданиями.

Поэтому считаю, что государство, политики должны формировать положительные эмоции, проявлять заботу о психическом здоровье людей, вселяя уверенность в завтрашнем дне. Это чрезвычайно важно. Без этого нация здоровой не станет, какие бы высокоспециализированные медицинские технологии мы ни вводили.

Пришли лучшие времена

— Перемещается ли кардиология в частную медицину?

— В частных клиниках сегодня большой дефицит квалифицированных врачей, несмотря на то что там предлагаются более высокие зарплаты. Чаще всего врачи работают по совместительству — консультируют и оперируют в частных клиниках, но их дипломы лежат в государственных учреждениях, здесь медики чувствуют себя социально защищенными. Это касается уже состоявшихся специалистов высокого уровня.

А вот начинающие служебную карьеру способные сотрудники, имеющие хороший уровень базовой подготовки, знающие иностранные языки, массово уходят в фирмы фармацевтического профиля, которые занимаются распространением медпрепаратов и изделий медицинского назначения, или же проводящие разного рода клинические испытания. Увы, наметилась такая тенденция. Их основная мотивация — боле высокая зарплата.

— Не наблюдается ли в кардиологии то, что имело место пару лет назад в эпидемиологии — неоправданные закупки лекарственных средств в связи с тогдашней «эпидемией свиного гриппа»?

— Нет, таких случаев не было, но в государственном масштабе есть еще одна проблема, касающаяся закупок дорогостоящего высокотехнологического оборудования. Порой закупки производятся, скажем так, опережающими темпами, когда еще даже не подготовлены специалисты, умеющие с ним обращаться.

— Какое оборудование в последнее время приобрел ваш институт?

— В этом году мы внедрили электрофизиологическую лабораторию для диагностики и лечения нарушений ритма сердца. Аппарат позволяет вводить специальные катетеры в полость сердца, определяя зоны, которые генерируют дополнительное проведение электрических импульсов, что приводит к аритмиям. В том числе и тех, которые могут вызвать остановку сердца.

И определив эти участки, мы можем изолировать их путем электрофизиологического разрушения, нейтрализовав нарушение сердечного ритма. Это можно делать и фармакотерапевтическими препаратами, но когда они неэффективны, применяем эту технологию.

Возвращаясь к ситуации со свиным гриппом, скажу, что мы должны прийти к однозначному выводу — политизировать медицину нельзя. И в таких экстремальных ситуациях, которые касаются вспышек инфекционных болезней, нужно всегда полагаться на профессионалов и не допускать административного диктата, который часто приводит к ошибочным результатам.

К слову, к таковым я бы отнес прошедшее недавно сокращение инфарктных и противотромбоэмболических бригад скорой помощи. Необходимость этого шага преподносилась под предлогом, что, дескать, такие службы недогружены, но никто же не говорит, что недогруженной является, скажем, пожарная часть. На нее выделяются финансы вне зависимости от того, есть пожар или нет. И перед службой скорой помощи нельзя ставить вопрос таким образом, потому что сегодня в городе может и не случиться ни одного инфаркта, а завтра, когда «разгорится пожар», — кто окажет помощь десяткам больных с острыми приступами?

Также к просчетам хочу отнести задержку внедрения программы так называемого «терапевтического окна» в столице. Мы ставили этот вопрос и перед специалистами Минздрава, и управления здравоохранения Киева, но безрезультатно.

Понятие «терапевтическое окно» включает в себя необходимость доставить больного с острым инфарктом в больницу в первые два часа после вызова, иначе его жизнь не сохранить. И уже давно назрела необходимость изменить логистику доставки таких больных в реанимацию. Неважно, кто это — работник службы безопасности, милиции, военный (а их сегодня доставляют в профильные больницы) или простой гражданин, службу скорой помощи надо организовать таким образом, чтобы больной доставлялся в ближайшее кардиологическое отделение.

— А в Киеве достаточно клиник для оказания помощи инфарктным больным?

— Да. Таких больниц — 6, в их числе и клиника ННЦ «Институт кардиологии имени академика Н. Стражеско». В Киеве фиксируется около 3 тыс. инфарктов в год. То есть около 10 инфарктов в сутки.

— И все же основной профиль вашего института — терапевтический. К вам приходят больные с тяжелыми формами артериальной гипертонии, ишемической болезни сердца, с сердечной недостаточностью, нарушениями сердечного ритма. Считается, что этими болезнями в основном страдают люди после 50 лет.

— Сегодня эти болезни появляются уже в 30 лет. У многих в этом возрасте фиксируется повышенное артериальное давление, в организме уже имеются атеросклеротические бляшки, на фоне которых потом развиваются инфаркты и инсульты. Не будем забывать и еще об одной распространенной проблеме — избыточном весе, который также приводит к развитию сердечно-сосудистых заболеваний. В Украине около 11 млн. больных артериальной гипертензией, ишемической болезнью страдают около 8 млн., и это во многом связано именно с избыточным весом.

Как показывают наши исследования, около 20% населения, несмотря на экономические трудности, имеют такой избыточный вес. И на протяжении вот уже 30 лет изменений в лучшую сторону не произошло. Столько же людей курят. Еще больше — лишают себя физической активности.

— Владимир Николаевич, вы руководите центром вот уже 14 лет. Сложнее было, когда начинали, или сейчас?

— В конце 90-х было сложнее. Постоянные перебои в финансировании, на 3—4 месяца задерживали зарплату, непросто было даже организовать питание больных. Приходилось неустанно работать с коллективом, постоянно убеждать, что лучшие времена придут.

Сейчас эти проблемы устранены. Мы, конечно, хотели бы большего, но спасибо и за то, что получаем финансирование по основным «защищенным» статьям.