|
 Если общество проявляет гражданскую сознательность и не верит разнообразным лжемессиям и лжеугодницам, полагаясь на внутренние резервы и на здравый смысл, фашизм не пройдет. Если же в обществе существует ожидание сильной руки, которая может навести порядок, то фашизм попросту неизбежен. В той или иной форме.
Беру в руки мемуары Муссолини, написанные в середине 40-х годов, незадолго до краха Социальной Республики Сало (ударение на последнем слоге). «Торжеству фашизма предшествовала политическая система, которую можно было бы назвать двоевластием – правительство двоих, двойная команда. Я тогда в шутку сказал, что система напоминает спальню женатой пары с отдельными кроватями». Муссолини имел в виду то, что в фашистской Италии кроме дуче существовал институт королевской власти. В 1943 году именно король сверг Муссолини и отдал его под арест. Двойная команда характерна для всех типов фашистских государств: президент Гинденбург и канцлер Гитлер на заре нацистской Германии, король Михай и маршал Антонеску в Румынии, регент Хорти и лидер крайних правых Салаши в Венгрии, король Томислав Второй и поглавник усташей Анте Павелич в Хорватии… Даже в Испании генералиссимус Франко был связан обязательствами с домом Бурбонов! Так что двоевластие – это отнюдь не украинское изобретение последних лет.
Первым делом Муссолини, претендуя на власть, в сентябре 1922 года опубликовал Декларацию о политике, пункт D которой предлагал «созыв сроком на три года национальной ассамблеи, чьей первой задачей будет определение конституционной формы государства». Муссолини всячески пытался ограничить власть короля, король – власть Муссолини. Некоторые лидеры фашистов уже в середине 20-х годов предлагали проводить выборы короля в парламенте, контролируемом Высшим фашистским советом. Иные говорили о необходимости ликвидации монархии. Знакомо, не правда ли?
А вот еще один момент из мемуаров Муссолини: «Совет министров был рожден Конституцией, но Высший фашистский совет превосходил его по значению, потому что он был рожден Революцией». Конституция должна уступить Революции. Понятие легитимности – это такие глупости! Как это похоже на современную Украину!
Наконец, последняя цитата. Она касается 1925 года – момента, когда Муссолини фактически установил единовластие в Италии (сохранив короля исключительно как символ): «Король почувствовал, что с этого дня и впредь монархия перестала быть конституционной в парламентарном смысле этого слова. Выбора больше не было. Политические игры партии и альтернативной власти закончились. Право на существование Короны сходило на нет. Постоянные правительственные кризисы в дополнение к серьезным национальным волнениям и новогодние поздравления (позднее упраздненные) были единственными поводами, по которым король предпринимал что-либо, чтобы напомнить итальянскому народу, что он является кем-то еще, кроме страстного, если не сказать фанатичного, собирателя старинных монет. Во время правительственных кризисов имело место постоянное хождение депутатов в Квиринал (резиденция итальянского короля), так как король еще являлся центральной политической фигурой. Начиная с 1925 года все это прекратилось…».
В 1925 году фашистское правительство ограничило свободу прессы, запретило деятельность всех партий, кроме фашистской. Закон от 24 декабря 1925 года определил полномочия и прерогативы правительства – премьер-министр в Италии стал фактически диктатором. 31 января 1926 года Муссолини получил право издавать декреты, имеющие силу закона. 4 февраля местное самоуправление было полностью подчинено контролю со стороны государства. 3 апреля правительство взяло под контроль профсоюзы и коллективные трудовые отношения. Не правда ли, история нас ничему не учит?
В условиях кризиса от правительства и от наших политиков многие граждане ожидают именно фашистских действий. И именно фашистская риторика просматривается в выступлениях многих наших политиков. Они не пытаются решить кризисную ситуацию в стране. Они пытаются использовать кризис для собственного усиления и борьбы со своими политическими оппонентами.
Экономическое положение Италии после Первой мировой войны – во время зарождения и развития фашизма – было похоже на нынешнюю ситуацию в Украине. Внутренний государственный долг в 1919 году вырос на 34,6 млрд. лир, внешний – на 19,2 млрд. лир. Количество находящихся в обращении бумажных денег выросло в 8 раз. В 1919 году по сравнению с довоенным периодом цены на продукты питания выросли в 3,5 раза, в 1920-м – в 4,5 раза. Падение ВВП в 1919 году составило 14% (эта же цифра фигурирует в докладной записке Виктора Пинзеника на имя премьер-министра относительно положения дел в современной украинской экономике). Ежедневно в Италии фиксировалось около 4 тыс. новых безработных (по последним украинским данным – около 6 тыс.). Эмиграция из страны составляла в среднем 600 тыс. человек ежегодно (сопоставимо с нынешними украинскими цифрами). В стачечном движении и забастовках в 1920 году принимали участие 2 320 тыс. человек. Это – 10% взрослого населения страны. По социологическим данным Института Горшенина, сейчас в Украине готовы к уличным акциям и забастовкам 14,8% граждан…
Именно на таком экономическом фоне появился Муссолини. В народе проявилась тоска по сильной руке. Былое величие Италии оказалось поверженным в прах. То, ради чего боролись в окопах Первой мировой, – растоптано, патриотические устремления нивелированы. Вокруг Муссолини собирались маршалы и генералы, готовые идти на Рим и брать власть в свои руки. Власть, которой не могут правильно распорядиться коррумпированные демократы и либералы, зависимые от олигархических концернов.
Олигархи сосредоточились вокруг короля – его они считали своей опорой. Они боялись Муссолини с его социалистическими идеями и призывами к национализации имущества, принадлежащего крупному капиталу. Придя к власти, Муссолини забыл о старых социалистических лозунгах и объявил амнистию олигархическому капиталу… Все олигархи оказались в команде дуче!
Муссолини пообещал «бандитам тюрьмы» – но не расшифровал этот лозунг: тюрьма ждала только тех бандитов, которые не вступили в ряды фашистской партии или не поддержали ее материально. Особенно это касалось сицилийской мафии, главари которой оказались в фашистских застенках рядом с лидером коммунистов Антонио Грамши. Остальные мафиози эмигрировали в США, став настоящей головной болью для американской полиции времен Великой депрессии и живительной средой для авторов гангстерских романов.
Именно фашистское общество, но уже в Испании, рождает знаменитый «принцип Франко»: друзьям – все, врагам – закон. Этот принцип наиболее тесно сросся с украинской действительностью. Коррупция в высших эшелонах власти не воспринимается нашими политиками как тотальное явление. Тимошенко критикует исключительно коррупционеров в окружении Ющенко. Президент видит исключительно коррупционеров в окружении премьера. Юрий Луценко сквозь диоптрии политических очков видит только тех коррупционеров, незаконные действия которых преломляются сквозь призму политической целесообразности данного момента. Валентин Наливайченко и генеральный прокурор Медведько без очков коррупцию вообще не видят.
Фашизм – это не обязательно Треблинка и Освенцим. Итальянские – классические – фашисты не уничтожали евреев и не устраивали газовых камер. Равно как и их испанские коллеги. Фашизм – это состояние души народа, поскольку, как говорят классики политической мысли, власть есть выражение сущности народа. Если фашизм проявляется в том или ином обществе – значит, общество готово его принять. В Великобритании в 30-е годы были яркие представители британского фашизма – один только лорд Мосли чего стоил: молодой, с отличными аристократичными манерами, блестящий оратор. Да и король Эдуард благоволил фашистам, искренне симпатизируя Муссолини. И никто не знает, как сложился бы исход Второй мировой, если бы в 1936 году Эдуард не влюбился в разведенную американку, ради которой отрекся от престола, передав власть своему брату Георгу. Но вот британское общество не поддержало фашистов – оно предпочло перетерпеть бомбардировку Ковентри, но все же бациллу фашизма в свой дом не впустить. Франция в середине 30-х годов пережила подъем небывалой активности «Огненных крестов» и полковника де ля Рока – но французские фашисты так и не стали в стране доминирующей силой.
Очевидно одно: если общество проявляет гражданскую сознательность и не верит разнообразным лжемессиям и лжеугодницам, полагаясь на внутренние резервы и на здравый смысл, фашизм не пройдет. Если же в обществе существует ожидание сильной руки, которая может навести порядок, то фашизм попросту неизбежен. В той или иной форме.
Украинское общество с его неизжитой тягой к государственному патернализму (покровительство) и вечным ожиданием «барина», который вот приедет и нас рассудит, с глубоко укоренившимися комплексами неполноценности и с мировоззренческой шизофренией, к сожалению, готово принять фашизм – в его модернизированной форме.
Модернизация фашизма – неизбежна. В ХХІ веке насилие над людьми не приветствуется мировой общественностью. Именно поэтому место индивидуального террора может занять террор экономический. Но прикрытый благими целями…
Украине еще предстоит пережить свой «поход на Рим». Только в каких одеждах пойдут фашисты – в черных, коричневых или в белых? Не суть важно. Важно, что угроза существует. В 1943 году приговоренный к смертной казни чешский журналист Юлиус Фучик закончил свой «Репортаж с петлей на шее» словами: «Люди, будьте бдительны!».
В Украине, похоже, не к кому взывать. За годы после Оранжевой революции мы так привыкли к популизму как стилю жизни, что не заметили рождение фашизма. Спрос на тоталитаризм в мире порождает ультратоталитаризм в проблемных странах. Народ просит простых решений – чтобы было эффективно и не надо было думать. Гитлер преодолел кризис в Германии за восемь месяцев своего правления. Муссолини – за два года. Но цену их народы заплатили страшную.
Сделка с дьяволом дает быстрые результаты, эффект от которых ошеломляет. Но позже приходит время расплаты. Блистательный эффект превращается в пыль. Величественные дворцы – в руины.
Люди, все-таки будьте бдительны!
|
