17 января 2007 года ушел из жизни Евгений Петрович Кушнарев. 29 января этого года ему исполнилось бы 57. И это традиционное "ему исполнилось бы" выговаривается и пишется с неимоверным трудом - такова энергетика этого человека. 17 же января 2007-го (бывают такие горькие непредсказуемые совпадения) читатели еженедельника "2000" держали в руках очередной номер газеты - № 1 (2007) с последней статьей Евгения Петровича, написанной им буквально накануне гибели. Сегодня мы вновь публикуем эту статью. Признаемся, первоначально мы хотели сделать это в знак памяти выдающегося человека.

Е. КУШНАРЁВ: НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕОЛОГИЯ УКРАИНЫ!

КАК есть - и как надо, чтоб было

Но когда мы перечитали статью, то увидели, что она написана будто вчера, накануне Нового года, который мы встречали уже без него.

Если вы в свое время пропустили эту статью - непременно прочитайте ее сегодня. А если статья вам уже знакома - все равно перечитайте, чтобы вновь услышать аргументы, ощутить убежденность собеседника и, надеемся, вашего единомышленника - Евгения Петровича Кушнарева.

Национальная идеология Украины: как есть - и как надо, чтоб было

...Нация мы, граждане Украины, или пока еще нет? Этот вопрос витает в воздухе, пожалуй, на протяжении всех лет независимости нашего государства, но окончательного ответа на него (если не принимать во внимание голую риторику некоторых отечественных политиков) так и не существует.

По простой причине - нация должна формироваться вокруг единого знаменателя, который, увы, до сих пор не определен.

Хотя, казалось бы, проблем здесь быть не должно - имеется государство, причем - многонациональное.

А раз так, то вполне логично было бы строить национальную идеологию именно на этом базисе - не акцентируя внимания на этнокультурном факторе, а больше упирая на общность истории (отсюда - на пересечение культурных и бытовых традиций), единство территории, экономические взаимосвязи, необходимость совместного построения своего будущего.

Иными словами, руководство страны должно было действовать строго в рамках энциклопедического определения нации как "социально-экономической, культурно-политической и духовной общности людей, сложившейся в результате становления государства и выработки надэтнической культурной и политической традиции".

Это настолько очевидный момент, что его даже можно назвать банальным. Именно таким образом формировались нации в государствах, где в силу исторических обстоятельств "сходились" несколько этносов либо же представителей близких этнически, но различных по лингвистическому признаку групп. Примеры Швейцарии или Бельгии с их языковым различием при мононациональной (не этнической!) самоидентификации населения стали уже хрестоматийными.

По большому счету во времена президентства Леонида Кучмы нечто подобное происходило и в Украине - как-то ненавязчиво, исподволь вся страна "покрылась" национальной символикой, все больше чиновников в своих публичных выступлениях предпочитали украинский язык (чего в УССР почти не наблюдалось), который стал активнее звучать и в быту, словосочетание "гражданин Украины" стало столь же привычным, как ранее - "гражданин СССР", и т. п.

С помощью таких, казалось бы, внешне разрозненных нюансов и формируется психология национального единства. И все бы ничего, если бы этот практический момент был подкреплен и идеологическим (теоретическим) базисом, которого, увы, не было (что с позиций дня сегодняшнего считаю очень серьезным упущением).

Т. е. де-факто процесс сплочения населения молодого государства в нацию был начат - установились единые границы, создавались национальное законодательство, экономика, система управления, был введен институт гражданства Украины.

Де-юре же тема нации на высшем политическом уровне почти не затрагивалась. Где-то ее считали несвоевременной (вспомним: нация образуется в результате "становления государства", в то время как само становление нельзя считать законченным и сегодня). Где-то - присутствовала боязнь того, что формирование нации "по разнарядке" будет воспринято как рудимент советского образа мышления, а потому будет отвергнуто обществом.

Как бы то ни было, но "процесс пошел", свидетельство чему - итоги одного интереснейшего опроса, который был проведен в уже, можно сказать, далеком 2001 г. наиболее прозападной социологической структурой - Центром Разумкова. Респондентам был задан вопрос: какой фактор, по их мнению, более всего объединяет либо может объединить население Украины в единую общность?

Почти 2/3 (71%) опрошенных указали в качестве объединяющих начал совместные политические принципы и идеи, а также сосуществование и равные права в рамках единого государства. Остальная часть отдала предпочтение этнокультурной идентичности (прежде всего - языковой).

Вспомним и 2004 г. - только что победивший на президентских выборах Виктор Ющенко заявляет в одном из выступлений, что "весь мир стал свидетелем рождения на Майдане украинской нации". Конечно, сказано, с научной точки зрения, совсем некорректно, но на то Виктор Андреевич и политик, чтобы отдавать предпочтение громким и красивым фразам перед точностью формулировок.

Дело в другом - в своем высказывании он, кроме эмоций, руководствовался также все тем же классическим определением нации - "общностью государственной идеи", которую он в тот момент олицетворял для почти половины граждан Украины (среди них немалая часть - русскоязычные и/или не являющиеся украинцами по национальности).

Однако, вступив в должность главы государства, Ющенко начал активно навязывать политикуму и обществу языковую, этнокультурную и этноисторическую темы как, по его мнению, обязательные условия для обеспечения национального единства. При этом акцент делается на мононациональном факторе, т. е. - на украинцах как национальности (но не нации), а "за рамки" выносятся все прочие жители страны - русские, евреи, поляки, татары и т. д.

Взять хотя бы историю с законодательным признанием голодомора 1932/33 геноцидом. Вспомним, что изначально в тексте соответствующего законопроекта было сказано: "геноцид против украинской нации", что, опять-таки, с научной точки зрения неверно (не было у нас на тот момент государства, а значит - не было и нации). И только благодаря усилиям Александра Мороза термин "нация" был заменен на "народ", что уже ближе к истине, хотя этот момент не отрицает противоречивости самого факта принятия подобного закона.

Фракция Партии регионов не голосовала за его принятие прежде всего потому, что как в подготовительной массированной идеологической кампании, так и в формулировке положений данного документа явно просматривается серьезный негативный момент, а именно: все на самом деле сводится (хотя и не определяется прямо) к противопоставлению украинцев как наиболее пострадавшей в результате голодомора национальности и остальных этнических групп, которые проживали в то время в пределах нынешних государственных границ Украины.

Отсюда нетрудно провести "цепочку генетической памяти" в день нынешний, придя к неутешительному и тревожному выводу - с подачи Ющенко намечается тенденция попытки формирования не национальной идеологии, но - идеологии "титульной нации".

Если же я ошибаюсь в этом предположении (а мне хотелось бы ошибиться), то тогда придется признать другое - Виктор Ющенко не обладает стратегическим государственным мышлением, чем вредит прежде всего самому себе.

Ведь какие у него две основные задачи? Первая (личная) - стать президентом всей Украины (и он об этом сам не раз говорил). Вторая (общегосударственная) - завершить сплочение жителей Украины в единую нацию (будем иметь это - автоматически наметится позитив в остальных сферах жизни страны).

Методика достижения этих целей одна и та же - исходить из реалий текущего момента, который не предполагает возвращения к традициям "шароварной" (или "трипольской") идеологии, которая, полагаю, в равной степени уже раздражает как донетчанина, так и львовянина. И именно эти попытки "уйти в старину" мешают Виктору Андреевичу вырасти до масштабов действительно государственного мужа, низводят его к роли едва ли не фольклорного персонажа, который свое увлечение этнографией возвел в абсолют и государственную политику.

Если говорить в общем, то из-за подобного подхода к делу формирования украинской нации мы рискуем потерять даже тот имеющийся, хотя и не оформленный теоретически, но все-таки позитивный потенциал и в итоге оказаться в исходной точке. Причем при значительно худших стартовых позициях, нежели 15 лет назад, поскольку тогда все действительно начиналось с "нуля". А сейчас придется ломать какие-то уже устоявшиеся принципы, взгляды и, что больнее всего, мироощущение наших граждан, привыкших за прошедшее время к тому, что они - граждане Украины - без разницы, на каком языке разговаривают, читают газеты, слушают радио.

Подобная ломка чревата непредвиденными, но заведомо негативными последствиями. Ведь уже сегодня можно с уверенностью говорить, что президент и его команда своими непродуманными действиями в национальном вопросе способствуют расколу Украины.

Дабы остановить эту тенденцию и сформировать не украиноязычную, а действительно украинскую нацию, предлагаю следующее:

1) начать разработку программы Национальной идеологии (с ее дальнейшим практическим воплощением), для чего создать соответствующую структуру с государственным статусом;

2) к работе над проектом программы Национальной идеологии привлечь на паритетной (пропорциональной) основе представителей от президента, правительства, парламента, Национальной академии наук, а также - от каждого региона;

3) общий контроль над процессом возложить на Верховную Раду как на высший коллегиальный орган государственной власти, представляющий собой срез всего украинского общества;

4) программа Национальной идеологии должна приниматься Верховной Радой на правах закона;

5) всю подготовительную работу (от начала написания проекта программы до ее окончательного согласованного текста, который будет вноситься на рассмотрение парламента) провести в течение года.

Евгений Кушнарев (Газета "2000", №1-2 (349) 12-18 января 2007 г.).