Что общего между украинским и вьетнамским фондовыми рынками? А между квартирами в Киеве и в Лос-Анджелесе? Или между гособлигациями Аргентины и Южной Кореи? Правильно, в последние годы, не включая нынешний, они дорожали как заколдованные. Дорожали настолько быстро, что действительно здравомыслящие политики и финансисты всего мира били тревогу: если «финансовые пузыри» вдруг лопнут, крах ждет не только инвесторов, но и всю экономику. Сейчас же вопрос практически стоит ребром: лопнут или не лопнут? Вообще, «пузырь» - это не термин, а ощущение. Экономисты и банкиры заговаривают о нем, когда тот или иной класс активов начинает дорожать быстрее, чем в недавнем прошлом, но утверждать, что перед нами именно пузырь, со всей определенностью можно лишь после того, как он лопнет. В этом то и вся неприятность.

 А ЧЕМ МЫ ХУЖЕ?

Давайте абстрагируемся от событий на американском, российском и украинском фондовых рынках, на рынке нефти, золота и алюминия, сделав предположение, что все происходящее там – не более чем коррекция цен. Пусть и довольно существенная. Во всяком случае – на рынке нефти и золота уж точно. Зададимся вопросом – почему же все так дорого? И у нас в Украине, и в мире вообще.

Что общего между украинским и вьетнамским фондовыми рынками? А между квартирами в Киеве и в Лос-Анджелесе? Или между гособлигациями Аргентины и Южной Кореи? Правильно, в последние годы, не включая нынешний, они дорожали как заколдованные. Дорожали настолько быстро, что действительно здравомыслящие политики и финансисты всего мира били тревогу: если «финансовые пузыри» вдруг лопнут, крах ждет не только инвесторов, но и всю экономику. Сейчас же вопрос практически стоит ребром: лопнут или не лопнут?

Вообще, «пузырь» - это не термин, а ощущение. Экономисты и банкиры заговаривают о нем, когда тот или иной класс активов начинает дорожать быстрее, чем в недавнем прошлом, но утверждать, что перед нами именно пузырь, со всей определенностью можно лишь после того, как он лопнет. В этом то и вся неприятность.

Фундаментальная причина имевшего место до недавнего времени удорожания активов во всем мире лежит на поверхности - это высокие темпы роста «глобальной ликвидности». Попросту говоря – в мире было слишком много денег. Слишком много (Украина – не исключение, но об этом ниже). Реагируя на крах интернет-пузыря в 2001 году, Федеральный резерв «уронил» процентные ставки в США до 1%, наводнив мировую экономику дешевыми деньгами. Глобальную ликвидность обычно определяют на основе долларовой. Аналитики следят за динамикой денежной базы в экономике США, резервами американских банков и активами других государств на счетах Федеральной резервной системы США.

Процесс непрерывного и активного «наводнения» мировой финансовой системы деньгами длился 3,5 года - после достижения пика в 2004 году (а увеличение денежной массы в мире произошло по оценкам МВФ на 20%) темпы роста «глобальной ликвидности» стали замедляться, хотя и остались на высоком уровне. Замедление наблюдалось весь 2005 год и большую часть 2006 года, но, начиная с марта прошлого года, как свидетельствуют данные все того же МВФ, рост ликвидности снова ускорился. Кстати, почему-то это совпало по срокам с началом определенного удешевления стоимости нефти (напомним, что с февраля по май прошлого года нефть снижалась – до менее чем 50 долларов за баррель). Полагаю, это происходило не случайно.

Денежное «наводнение» помогло избежать «жесткой посадки» американской и, возможно, мировой экономики, но привело к тому, что инвесторы устроили на протяжении 2005 - первой половины 2007 годов настоящую охоту за активами. Увы, по-настоящему хороших активов не так много, да и те, что есть, порой исчезают: только в прошлом году фонды прямых инвестиций «увели» с американских и европейских бирж компании стоимостью 450 миллиардов долларов.

Несмотря на фундаментальную взаимосвязь между стоимостью активов и ростом ликвидности, описать работающие закономерности одной формулой удается не так часто. Одна из теорий, с точки зрения автора, очень даже применимой и к Украине в настоящий момент времени, гласит, что рынок акций обречен на падение, если его капитализация превышает количество денег в экономике страны (денежный агрегат М2) в 1,5 раза. Ха-ха, скажут специалисты и будут правы – капитализации отечественного фондового рынка до объема денег в экономике Украины, как до Луны! То есть, наш фондовый рынок был обречен на длительный рост? Возможно. Но – не обязательно. Нынешняя ситуация тому свидетельство.

Кстати, в аспекте предыдущего абзаца будет нелишним вспомнить, что Гонконг уже довольно долго держит этот показатель на уровне 6, а крупнейшие развитые страны (за исключением Германии) — 1,5-2.
Замечу, что завидными темпами в последние несколько лет (опять же, обращаю внимание – не в этом году) росли рынки не только акций, но и облигаций развивающихся стран. Но почему бы их обязательствам не пользоваться спросом, если возможности по выплате долгов резко возросли? После череды кризисов середины и конца 1990-х развивающиеся экономики стабильно росли, при этом их правительства проводили более или менее разумную макроэкономическую политику, что позволяло даже импортерам сырья одновременно снижать долговое бремя, инфляцию и бюджетный дефицит.

Счет текущих операций развивающихся стран за последние 10 лет изменился с «минус» 113 миллиардов долларов до «плюс» 639 миллиардов. Главную роль в этом преображении сыграли экспортеры сырья, которое в целом, если не брать некоторые моменты, за последние несколько лет дорожает так быстро, что и здесь можно подозревать наличие пузыря. Вместе с нефтью росли цены на другие энергоносители, металлы, сельскохозяйственное сырье. И мало кто видит основания для перелома этого тренда. Стоимость сырья поддерживается, прежде всего, экономическим и инвестиционным бумом. Странно было бы ожидать снижения цен на сталь, если, например, в первой половине 2008 года инвестиции в железнодорожное строительство в Китае выросли на 88%! А быстрое удорожание урана можно было прогнозировать исходя из повсеместно продвигаемых планов развития атомной энергетики.

Если с долгами, компаниями и экспортом из развивающихся стран все выглядит довольно благополучно, то рынки недвижимости по всему миру - это, пожалуй, и впрямь слабое звено, что и доказал начавшийся год назад жесточайший кризис на рынках ипотечного кредитования и недвижимости США. Стоимость жилья только в развитых странах выросла в 2001-2005 годах на 30 триллионов долларов! Это примерно равно их суммарному ВВП, что уже точно, с учетом кризисов в сфере недвижимости не только США, но и Великобритании, Испании, других развитых в экономическом плане стран, дает повод назвать этот рынок величайшим пузырем в истории экономики. Во второй половине прошлого года крупнейший рынок недвижимости в мире - американский - начало лихорадить: во многих регионах США цены устремились вниз. Насколько глубоким может оказаться спад? С 1997 по 2006 годы цены на жилье в США выросли почти вдвое, но это не значит, что они вернутся к исходному состоянию.

В 2002 году на обложке журнала Economist было написано: «Дома, которые спасли мир». По мнению этого авторитетного издания тогда бум на рынке недвижимости и впрямь спас мировую экономику от больших неприятностей после краха интернет-пузыря. За шесть лет ситуация изменилась на противоположную. Рынки акций, при всех их проблемах, выглядят даже несколько более устойчивыми, а как раз рынок жилья вызывает самую большую тревогу: в случае его полного коллапса «спасительной гавани» не будет.

Впрочем, падение цен на недвижимость однозначно предопределено не везде. На днях я увидел объявление о продаже двухкомнатной квартиры в близлежащей новостройке – за 72 квадратных метра просят 170 тысяч долларов. Выходит 2360 долларов за один квадратный метр жилья на Дарницком бульваре города-героя Киева. В Париже, скорее всего - не дороже. Феномен. Но его объяснение выглядит просто и не замысловато.

Точнее сказать оно подразделяется на три важные составляющие. Первая – сверхликвидность, которая выражается в огромном количестве легко заработанных денег многими «новыми» украинцами. Вторая часть заключается в том, что деньги эти по большому счету девать некуда – рынка ценных бумаг практически в нашей стране нет. Депозиты малопривлекательны из-за невысокой доходности. Да, в этом году ставки по депозитам существенно повысились, но до уровня инфляции им не дотянуть (да и не должно быть такого). Товарные рынки (в классическом мировом понимании) в Украине слабы, торговая инфраструктура отсутствует – вряд ли в нашей стране можно заниматься спекуляциями с привычными для всего цивилизованного мира активами: золотом, никелем, медью, пшеницею, какао-бобами. О фондовом рынке умолчу – там сейчас такое творится! Остается только скупка недвижимости. Третья составляющая носит психологический характер – продавцы недвижимости пока еще уверены, что их товар (в силу того, что он дефицитен) будет дорожать. Исходя из этого, многие из них все еще не стесняются в назначении цен и в случае отсутствия спроса не слишком спешат снижать стоимость предлагаемого жилья. Правда, объяснить эту уверенность чем-то рациональным нелегко.

Вернемся к глобальным проблемам. Если не говорить о недвижимости, то мировые рынки основных активов до недавнего времени выглядели устойчиво. Но это было лишь при уровне ликвидности, соответствующему середине прошлого года. Стоило ему снизиться или только замедлить рост, как стоимость всех активов оказалась под вопросом. Вот только как инвесторам вовремя уловить смену вектора? По оценке МВФ, рост ликвидности снова несколько ускорился в начале текущего года. Создавшаяся ситуация называется «ловушкой ликвидности». Сначала развитые страны создали излишки ликвидности, которые притекли в развивающиеся, дали им накопить огромные резервы и укрепили их валюты. А потом Китай, Россия, Индия, Бразилия и другие экспортеры до недавнего времени боролись с чрезмерным укреплением своих валют путем эмиссий и интервенций на валютном рынке, которые подстегивают ликвидность. Уже от событий в Китае страдают фондовые рынки США и Японии.

Возможно, что когда-нибудь лет через 25-30 коррекция цен на фондовом рынке Украины приведет к снижению стоимости акций, например, на европейских биржевых площадках. Раньше вряд ли – если судить по темпам развития нашего фондового рынка. Если же говорить о мировых тенденциях, полагаю, что нынешние китайские и российские события – это все же не более, чем коррекция цен на ценные бумаги и финансовые активы. Существенная, надо заметить, коррекция. Вполне вероятно, что она закончится новым бурным ростом – ликвидность-то должна куда-то деваться. Это в Украине все «честно наворованные» деньги «вбухивают» в новостройки, «панельки» и «хрущевки». Цивилизованный мир уже давно живет и мыслит по-другому – способов приложения свободных капиталов и возможностей для спекуляций там не счесть. Тем не менее, думаю, что еще несколько лет, говоря о финансовых активах, мы будем задаваться вопросом – почему же все так дорого?! Кстати, в Украине по-настоящему ликвидный актив один. Значит ли это, что не за горами цена «квадратного метра» в панельной многоэтажке на Борщаговке и в 5 тысяч долларов? В конце концов, почему мы должны отставать в этом вопросе от Нью-Йорка или Лондона? Чем мы хуже?
Ответ можно прочесть чуть выше… Федор Петренко http://www.oligarh.net/?/actually/39503/