Рецепт бессмертия. Обычным маньякам монументов не ставят. Но если бред одержимого носит политический характер – его шансы стать памятником резко возрастают. Яркий пример – вождь ОУН (Б)

Подобно некоторым современным политикам Бандера, тоже был главой блока имени себя. Появление его в рядах борцов «за волю» ознаменовалось самой жестокой среди националистов междоусобицей и расколом прежде единой ОУН на две непримиримые группировки – Мельника и Бандеры. Их ветераны до сих пор ненавидят друг друга больше, чем любых «москалей».

Раскольник. Степан Бандера принадлежал к младшему поколению оуновцев. Он родился в 1909 году в селе Старый Угрынив на Ивано-Франковщине в семье греко-католического священника, учился на агронома во Львовском политехническом институте, который так и не закончил, но больше всего интересовался не религией или сельским хозяйством, а террором.

К тому времени, как 19-летний Бандера оказался в рядах националистического подполья во Львове, им руководил ветеран петлюровской армии полковник Коновалец. Естественно, из-за границы. Лично знакомый с Гитлером и чешским президентом Бенешем, он жил на субсидии немецких спецслужб, рассчитывая, что в приближающейся войне сможет сыграть на противоречиях великих держав и выкроить пусть небольшую, но «независимую» Украину лично для себя. Пока же Коновалец был послушным орудием в руках немцев, стараясь не кусать руку, которая кормит, и колебаться с поворотами германской политики.

Но Бандера сам мечтал занять место Коновальца. В 1934 году без санкции высшего руководства он организовал убийство польского министра внутренних дел Перацкого, которого националисты обвиняли в угнетении украинцев в Галичине.

Смерть Перацкого взбесила Коновальца. Советский нелегал Павел Судоплатов, внедренный в окружение полковника и пользовавшийся его полным доверием, вспоминал в мемуарах «Спецоперации»: «Убийство польского министра Перацкого в 1934 году украинским террористом Мацейко было проведено вопреки приказу Коновальца и стоял за этим Бандера, соперничавший с последним за власть. Бандера стремился к контролю над организацией, играя на естественной неприязни украинцев к Перацкому… Коновалец рассказал мне, что к этому времени между Польшей и Германией был подписал договор о дружбе, так что немцев никоим образом не устраивали враждебные акции по отношению к полякам. Они были так взбешены, что выдали Бандеру, скрывавшегося в Германии»…

Акция, организованная Бандерой, ухудшила отношения Коновальца и с чехами. По словам того же Судоплатова: «В Чехословакии ОУН имело мощную поддержку со стороны властей. У президента Бенеша были с Коновальцем личные отношения со времен Первой мировой войны. Однако, когда ОУН «вышла из-под контроля» властей и осуществила убийство Перацкого, эти отношения заметно ухудшились».

Благодаря НКВД. Зато немцы продолжали финансировать ОУН. Как рассказывает Судоплатов, в 1936 году он прибыл в Берлин и «там встретился с Коновальцем, который расспрашивал меня обо всем с большим пристрастием. Наша встреча проходила на квартире, находившейся в здании музея этнографии и предоставленной ему германской разведслужбой. В сентябре меня послали на три месяца в нацистскую школу в Лейпциге. Во время учебы я имел возможность познакомиться с оуновским руководством».

Атмосферка в организации не отличалась свежестью: «Оуновцы всячески пытались вовлечь меняв борьбу за власть, которая шла между двумя их главными группировками: «стариков» и «молодежи». Первых представлял Коновалец и его заместитель Мельник, а «молодежь» -- Бандера и Костарев». Доверие Коновальца агенту НКВД удалось завоевать, «передав ему содержимое одного конфиденциального разговора. Как-то Костарев и еще несколько молодых украинских националистов, слушателей нацистской партийной школы, стали говорить, что Коновалец слишком стар, чтобы руководить организацией, и его следует использовать лишь в качестве декоративной фигуры… Когда я рассказал об этом Коновальцу, лицо его побледнело. Позже Костарев был уничтожен. Не думаю, что это случайное совпадение».

Но недолго оставалось жить и самому Коновальцу. Узнав от разведки о разногласиях в ОУН, Сталин лично отдал приказ Судоплатову ликвидировать полковника. Прибыв в очередной раз в Европу под видом советского моряка с торгового судна, «засланный казачок» взорвал полковника в роттердамском кафе с помощью мины, заложенной в коробку шоколадных конфет – Коновалец был большой сладкоежка. Смерть «старика» открыла дорогу Бандере в большую политику.

Миротворцы из Абвера. В 1939 году армия Гитлера меньше, чем за месяц разгромила Польшу. Выпущенный немцами из польской тюрьмы Бандера тут же был вписан ими в расклад готовящейся войны против СССР. Однако германские разведчики с удивлением обнаружили, что в ОУН идет внутренняя грызня. Они попытались примирить мельниковцев с бандеровцами. В популярной литературе не раз цитировались показания некоего Штольце – полковника Абвера (военной разведки Вермахта). Отвечавший за работу с ОУН и захваченный в 1945 году в плен Красной Армией, он рассказывал: «В процессе активизации украинской националистической деятельности, которую мы проводили через свою агентуру, уже в начале 1940 года нам стало известно о трениях в руководстве националистического подполья, в частности, между нашими агентами Мельником и Бандерой, и, что эти трения ведут к расколу националистического движения… Несмотря на то, что во время моей встречи с Мельником и Бандерой оба они обещали принять все меры к примирению, я лично пришел к выводу, что это примирение не состоится из-за больших противоположностей между ними. Бандера по характеру энергичный, карьерист, фанатик и бандит. Мельник – спокойный интеллигентный чиновник».

Конец финансового афериста. Примирить соперников действительно не получилось. Но пока Абвер исправно финансировал ОУН, сформировав два украинских диверсионных батальона («Роланд» и «Нахтигаль») и, по возможности, боролся с финансовыми злоупотреблениями вождей этих «героев». Как вспоминает Штольце, Бандера в 1940 г., «получив от Абвера большую сумму денег для финансирования созданного подполья, пытался их присвоить и перевел в один из швейцарских банков, откуда они нами были изъяты и снова возвращены Бандере. Причем, такой же факт имел место и с Мельником».

Возможно, немцев и тошнило от таких подручных. Но выбирать не приходилось. Других националистов все равно не было. Приходилось работать с этими.

Явно преувеличивая свою безнаказанность, бандеровцы решились на неожиданный шаг – 30 июня 1941 года в захваченном немцами Львове они провозгласили Акт о независимости Украины и сформировали опереточное правительство во главе с Ярославом Стецько. Это вывело из себя немецких кураторов. Бандера был арестован и заключен в концлагерь «Заксенхаузен».

В этой истории есть любопытный вопрос: почему Бандера так поторопился с кабмином? Ведь немцы охотно создавали на захваченных территориях марионеточные государства – ту же Хорватию и Словакию. Но разгадка спешки объясняется, когда мы посмотрим на состав «правительства». В нем не было ни одного «мельниковца»! Бандера не хотел делить власть с соперниками и, вместо того, чтобы согласовать свои действия с Абвером, ударился в самоуправство. Естественно, агентам такое не позволяют.

Но в 1944 году запасливые немцы выпустили зарвавшегося Степана из лагеря. Дела на фронте шли плохо, а утопающий хватается даже за соломинку. После войны эта «соломинка» перешла по наследству уже к американским спецслужбам и была сломана советским агентом Богданом Сташинским – в 1957 году он убил Бандеру в Мюнхене с помощью ампулы с ядом, имитировавшим сердечную недостаточность.

Так между двумя убийствами и вписалась вся жизнь известного террориста. Начав как организатор ликвидации Перацкого, он закончил как жертва политического покушения.

Как известно, революции всегда пожирают своих детей. Такую же привычку имеет и террор. В истории осталась только одна крылатая фраза, приписываемая Бандере: «Наша влада буде страшною!» Нет ничего удивительного, что провидение карает каждого, согласно его же философии.

ЗАТО ЛЮБИЛ ИГРАТЬ НА МАНДОЛИНЕ

Если верить самому Бандере, он был страшно одаренным в художественной самодеятельности и спорте. Правда, никаких публичных успехов в этих областях будущий «провідник» не добился. Зато, видимо, мечтал стать «звездой» и в короткой автобиографии писал на западно-украинском диалекте о своих студенческих увлечениях: «У ділянці молодечих і спортово-руханкових організацій я був активним передовсім у «Пласті» як член 2-го куреня старших пластунів «Загін Червона Калина», в Українському Студентському Спортивному Клюбі (УССК), а деякий час у товаристві «Сокіл – Батько» і «Луг» у Львові. До моїх спортових занять належали біги, плавання, лещетарство, кошиківка і передусім мандрівництво. У вільний час я залюбки грав у шахи, крім того, співав у хорі і грав на мандоліні. Не курив і не пив алкоголю».

С мандолиной и пением -- все ясно. Несомненно, в лице Бандеры нация потеряла выдающегося деятеля искусств. Но хор имени Веревки еще не поздно переименовать в хор имени Бандеры. А еще лучше – объединить. Здоровы бы звучало – Академический хор имени Бандеры и Веревки! Только бы попробовали не аплодировать!

А вот остальные хобби «киллера» Степана без перевода не поймешь. Что, например, такое «кошиківка» и «лещетарство»? Только не подумайте, что молодой Бандера любил давить на скорость «кошенят». «Кошиківка» -- это совсем другое, благородное занятие. Ее очень уважают современные афро-американцы. Это их национальное времяпровождение – баскетбол, иначе называется. В западно-украинский диалект слово проникло из польского языка. По-польски оно пишется: «koszykowka».

Правда, даже обожающая своего героя Галина Гордасевич, написавшая книгу «Степан Бандера – людина і міф», очень удивлялась этому факту: «Дивно, що Бандера захоплювався баскетболом, адже це, як відомо, спорт для високих юнаків. Можливо, тут йому сприяло те, що він був лівшею».

Конечно, «сприяло»! Карлик с хорошо поставленной левой рукой, как раз на уровне трусов соперника – находка для любой команды. Как даст по одному месту! Сразу полпобеды в кармане!

А «лещетарство» -- это лыжный спорт. Можно только позавидовать предусмотрительности Степана. Он, как чуял, что всю жизнь ему придется уходить от погони, и уже смолоду вострил лыжи.

«ФЮРЕР САМОСТІЙНОЇ ДІРКИ» С КОМПЛЕКСОМ НАПОЛЕОНА

Нельзя сказать, что большинство украинцев – современников Бандеры – восхищалось его личностью. Скорее, наоборот. Знаменитый юморист той эпохи Остап Вишня в одном из произведений назвал главного оуновца «фюрером самостійної дірки». Звучит – обидно. Но фактически – верно. Что такое ОУН – как не черная дыра, куда кануло целое поколение? И не стоит уверять, что они строили современную Украину. Скорее, наоборот. Их Украина – не имела ничего общего с демократическим государством. По замыслу бандеровцев, это должно было быть тоталитарное образование национал-социалистического или фашистского образца. Эдакая пародия на Германию Гитлера или Италию Муссолини.

Вряд ли, большинство из нас, голосуя в 1991 году за независимость, мечтали о замене коммунизма бандеризмом. Сталинский НКВД – преступная организация. Но СБ ОУН – небезызвестная «Служба безпеки» Степана Бандеры – ничуть не лучше. Даже в чем-то страшнее. НКВД – иногда выпускал на волю. СБ – никогда! В лесу не было ГУЛАГа. Только – пуля.

Одной из причин жестокости Бандеры была его физическая неполноценность. Родился он в очень нездоровой семье. Его мать умерла от туберкулеза. В детстве «вождь» переболел ревматизмом, о чем впоследствии сам вспоминал. Возможно, были у него и другие болезни, характерные для детей той эпохи – например, рахит. Большая голова на коротеньком туловище – первое, что бросалось в глаза тем, кто имел счастье общаться с ним лично. Фотографироваться в полный рост лидер ОУН не любил. Но однажды пришлось – на похоронах Коновальца в Голландии. В группе «скорбящих» Бандера – самый куцый. Хотя, именно с этого момента начался его настоящий политический рост – смерть Коновальца открыла ему путь к лидерству в организации.

Ленин, Сталин, Берия, Гитлер тоже были коротышками с комплексом Наполеона – самого известного в истории «великого» недомерка. В этом смысле фигура Бандеры идеально вписывается в коллективный портрет вождей эпохи.