«Оранжевые»политики стали окончательно похожи на компанию из «Золотого телёнка». В роли Остапа Бендера выступает отчаянно блефующий глава нашего государства. Мечтая на самом деле попасть в «Рио-де-Жанейро», в нашем случае расположенном несколько севернее, где «все ходят в белых штанах», как в украинской деревне ХІХ века, Виктору Андреевичу жизненно необходимо обеспечить себе тылы. Хотя бы в форме мифа о «демократической революции». Бендер ведь тоже формально не нарушал уголовный кодекс, верил в правоту своего дела и был, можно сказать, «естественным пиарщиком».

«Оранжевый телёнок»: избежит ли Украина печального конца общественной болезни?

Хотя бы в форме мифа о «демократической революции». Бендер ведь тоже формально не нарушал уголовный кодекс, верил в правоту своего дела и был, можно сказать, «естественным пиарщиком».

В роли покорного шофёра Козлевича в нашем сериале про «коалицию» выступает деловая часть «Нашей Украины», мечтающая о новой «заграничной машине» и трепетно обволакивающая героя «оранжевой революции», но сама по себе ни на что «этакое» неспособная. И тем не менее, в этом сериале -- Козлевич на своём месте, за рулём. Два остальных «коалицианта» напоминают героев эпизода «Пилите, Шура, пилите--они внутри золотые!».

Клуб революционеров и олигархов не устаёт возмущаться нарушением конвенции детей лейтенанта Шмидта--разнообразных меморандумов и протоколов. Конечно, сам факт заключения неких конвенций между мошенниками достоин осмеяния, но этой имитацией возмущения, и своей глубокой «народностью», да и в силу многих других общих черт БЮТ похож на Шуру Балаганова.

Справедливость, так сказать есть -- и за неё со всем необходимым пафосом, стоит бороться. Вопрос, конечно, в том --сколько же это стоит. Но БЮТ не тушуется--цена выяснится во время торга, которому сопутствует весь необходимый балаган, простите, «перфоманс».

Наконец, козыряющие своим моральным имиджем («меня сам городовой в Киеве уважал!») и некой истеричной требовательностью социалисты вполне сопоставимы с образом Паниковского. «А ты кто такой?!»--толкаются приросшие предпринимателями социалисты. Не забудем, кстати, что подобно Паниковскому, в оранжевую «антилопу-гну» социалисты вспрыгнули в последний момент, когда вся компания удирала в «Черноморск».

Паниковскому, правда, пришлось при этом вернуть захваченного гуся. Неоднократные заявления социалистов, что они, мол «не оранжевые», противоречиво выглядящие на фоне маневра с предложением поста спикера «Нашей Украине» и многое другое указывает на то, что с гусём, ради вящей безопасности, оранжево-розовые расставаться не собираются.

Рядовых сторонников «оранжевого» движения можно только пожалеть. В сентябре 2005 года с идолов Майдана облетела позолота, в январе оставшаяся при власти их часть увязла в мошенничестве международного масштаба, подчинив нашу страну сомнительной конторе, способной постепенно скупить всю украинскую экономику.

В марте «оранжевые», по сути лишились народной поддержки -- их совокупный результат далёк не только от большинства, но и от результата Януковича, в так называемом третьем туре. В мае-июне лидеры этого лагеря превратились в своё бледное подобие времён Майдана. Это какие-то шныряющие по несущемуся в пропасть украинскому поезду валютчики. «Кому--коалиция, кому--оппозиция, дальше курс невыгодный!».

Фактор Корейко

В роли преследуемого авантюристами подпольного миллионера сегодня выступает вся наша страна. Сначала к ней пристают на улице невнятно бормочущие люди, играющие в подпольную политику. «Грузите апельсины бочками». Эх, если бы Юрий Кармазин пошёл по какому-либо проходному списку и переизбрался в ВР, можно было бы вместо ильфо-петровского «братья Карамазовы» в конце телеграммы написать «братья Кармазина». Но, увы, не суждено.

Во время Майдана украинский обыватель становится бухгалтером Берлагой, которого терроризируют мошенники. Море, куда завлёк Берлагу Бендер, считается в средневековых текстах аллегорией политики. Это так, к слову. Впрочем, однако, этого было мало.

И поэтому в ход были пущены все возможные ресурсы--и мирный телезритель-тунеядец Васисуалий Лоханкин, и романтическая любовь Остапа. и пикейные жилеты («политологи-дисиденты»), и «члены профсоюза» из числа дипкорпуса.

В результате половина нашего народа на миг стала совершенно одинаковой, как одевшие противогазы люди во время ложной газовой атаки, когда Бендер упустил Корейко. Мало того, некоторые ходят в противогазах до сих пор. Они будут ходить в них, пока не кончится кислород, а затем отравятся свежим воздухом.

А что Корейко? Между Корейко и современным украинцем общее состоит не только в отчаянной ситуации и звучании фамилии, но и в сходности исторического опыта. Изворотливый, осторожный, запасливый Корейко, выживший (это осталось за пределами романа Ильфа и Петрова, но, безусловно, подразумевается) в сложную эпоху войны, разрухи, голода и даже раннего этапа террора--это украинский средний класс, сформировавшийся и благодаря, и вопреки политике эпохи президентства Кучмы.

Среди украинских сверхбогатых таких людей единицы--подавляющее большинство «олигархов» суть продукт системы разнообразных преференций. Вот эти-то «продукты», они могут приспособиться ко всему, как итальянская мафия, вернувшаяся на родину вслед за американскими танками и мигом опутавшая «континент» сетью коррупционных связей.

Корейко, естественно, персонаж далёкий от «хорошего парня». И тем не менее, на фоне коллективизации и террора он не менее «органично-позитивен», нежели Чипко у Панаса Мирного-- на фоне, как любили писать большевики, «идиотизма деревенской жизни», только что сбросившей крепостное ярмо Украины. Это амбициозный человек, желающий и жить хорошо, и обладающий несомненными талантами. которые в других обстоятельствах не обязательно приобрели бы криминальный оттенок. Также и предприимчивый украинец эпохи реформ.

Беда Украины в том, что общий язык между средним предпринимательским классом и крупными предпринимателями системного характера, естественными государственниками, так и не был найден. Мало того, такие попытки практически не предпринимались--и это на фоне накопления в обществе политического балласта, всех этих «балагановых», «паниковских» и «козлевичей». Именно они сегодня «обсели» новый класс-гегемон и тянут из него соки, то на подачки малоимущим, то на мёртвые музеи, то на собственное содержание, то на геополитические и антирыночные утопии.

Взбрыкнёт ли Корейко? Вопрос трудный--скорее, как и герой Ильфа и Петрова, «вытечет» в «Среднюю Азию». как и подпольный миллионер. отправившийся на строительство железной дороги. Скромный бизнес в Европе, корпоративный менеджмент в США, интеллектуальная робота в Китае, освоение богатых пространств России--где наша не пропадала? Не забудем, кстати, что упорному Бендеру всё-таки достался миллион. правда. всего один из десяти. Но что дальше?

Граница для мутанта

Как мы знаем, отягощённый миллионом Бендер в собственной стране, естественно, не «притёрся». Поздние проявления коммунистического строительства сдавили его со всех сторон, подталкивая к воплощению «голубой мечты» -- прорыву за границу. Ситуация чрезвычайно напоминает нашу «европейскую интеграцию». ЕС проводит по отношению к нашей стране очень противоречивую политику, проистекающую из неуверенности в собственном будущем.

С одной стороны, европейские фирмы, также как и в случае с нынешним «восточным ЕС» принялись за скупку Украины, не без грехов и неудач, и тем не менее. С другой стороны, о расширении речь не идёт, и даже о зоне свободной торговли (может быть, переговоры начнутся в 2009 г.). Разве что в одностороннем порядке -- с нашей, естественно, стороны. Менее, чем через год румынский пограничник, как и в знаменитом романе, остановит оранжевого Бендера в снегах нейтральной полосы.

По иронии судьбы, между варварски роскошным. О таком из последнего эпизода романа и оранжевыми политиками много общего -- главным образом, это назойливое дурновкусие. Причём книжный Бендер выгодно отличается -- его дурновкусие вовсе не факт биографии, а вынужденный ход, ему пришлось конвертировать миллион рублей в общепринятые материальные ценности. Плохой вкус и пробелы в воспитании «оранжевых» -- это некая данность. Если даже отставить в сторону центральный экономический аспект, то сравнивая Европу и Украину, можно лишь воскликнуть -- «Куда, куда вы удалились?»

Оранжевая Украина -- это страна, в которой права человека лишь пустой звук, их защита всего лишь фикция. Заклеймённый Нюрнбергом антисемитизм растёт как на дрожжах не без симпатии со стороны власть предержащих. Сами «оранжевые» политики в своей патологической русофобии давно переступили черту, не заметив, как превратились в украинофобов, не способных уважать собственный народ, апеллируя к своей вымышленной, и даже вымышленно убогой «нации».

Это плохо управляемая страна, и всегда будет таковой, пока и культурно и экономически оправданная, а значит «естественная» федерация подавляется, а «варяги» ведут себя безответственно. В нашей стране, которой формально правит тандем мошенников и ксенофобов, а фактически -- никто, становится душно как в тамбуре вагона, несущегося куда угодно, но только не в Европу.

Вместо того, чтобы делать украинский язык конкурентоспособным, «гуманитарный» (наверное, суть названия в распределении гуманитарной помощи?) блок Кабмина пытается навязать обществу решение, уничтожающее книгопечатанье на русском. Только-только некоторые наши издательства подтянулись к первым местам в первой лиге.

При том, что в высшей играют пока только россияне -- как всё может рухнуть в одночасье. Ладно, языковая тема -- больной вопрос, который мы развивать дальше не будем, здесь всё и так ясно, это уже «оранжевая зоология». Венгрия в своё время сделала всё возможное, чтобы её не обвинили в антисловацком реваншизме, параллельным курсом двигалась и Словакия со своим венгерским меньшинством. Румыния и Венгрия тоже пытаются не допустить воцарения вражды, а странам Балкан предстоит долгий путь.

Оранжевая «гуманитарная» политика сначала вызывала у цивилизованных европейцев недоумение, а теперь омерзение и страх перед очередной тупиковой и подрывающей ценности Европы этнической катастрофой. Недалёкие и мелочные люди в Киеве резко увеличили своей политикой количество тех своих сограждан, которые, почувствовали агрессию против своих в этом смысле советских ценностей, отвечают на неё сменой идентичности. Сменой чрезвычайно опасной для украинской государственности. Не хотелось бы, чтобы печальный хэппи-энд «телёнка» золотого мутировал в нашей истории в страшный конец «телёнка» оранжевого.

Нет, не самовольничающий, но хотя бы незлой пограничник западного мира встретит толпы беженцев на западе и востоке наших нынешних границ, а проволочный забор под высоким напряжением. В России миллионы спасающихся от агонии оранжевого безумия украинцев будут никому не нужны, но их, возможно, хотя бы не «завернут» назад. А вот уже запачканная в крови Балкан Европа... тут бабушка надвое сказала. Конфискацией шубы, золотого блюда и столового серебра здесь не обойдешься.

Но, может быть, оранжевые этого и добиваются, словно увлечённые стихийной манией массового самоубийства лемминги, стремящиеся к обрыву? Несомненно, в «час Ч» нынешние полукомичные, вызывающие брезгливость и только, «оранжевые» персонажи уже будут в самолёте, уносящем их отдельно от страны в заокеанский мир грёз.

На сцену выйдут совершенно другие силы -- вроде людей, мечтающих о подпольной политической организации нацистского толка (можно ознакомиться, например, здесь http://www2.maidanua.org/news/view.php3?bn=maidan_free&key=1150798930&first=1151052156&last=1150973976 ). Пока что это забавно. Но не на фоне, с одной стороны МАУП, а с другой -- «территорий, свободных от НАТО». Что делать с оранжевым телёнком?

Почему нужно ждать

Главное, что должен понять в сложившейся ситуации и «рядовой», и политически активный не-оранжевый, это то, что радикально поступить с больным телёнком нельзя. Его, несмотря ни на что, нужно лечить -- британцы чуть не уничтожили всё своё скотоводство во время эпидемии ящура. Мы так не можем, не такое и большое у нас поголовье. На больных и детей обижаться нельзя, провоцировать тоже. Состригание с оранжевой шерсти с нашего телёнка -- процесс долгий и болезненный для обеих сторон. Цель состоит в том, чтобы лет через пять оранжевая страница нашей истории была хоть и постыдным, но всё же забавным эпизодом, из серии «Так жить нельзя».

Мучающие это животное паразиты-авантюристы ни в коем случае не должны приравниваться к людям, нашим согражданам, которые уже и сами запутались в своих противоречиях, но не в силах признать себя жестоко, тотально обманутыми. Послевоенный процесс денацификации в Германии был неприятным, но не репрессивным процессом. Сегодня гниение едва живого оранжевого телёнка отравляет наше общество.

Согласимся, впрочем, с тем, что активное сопротивление среды не даёт ему взбеситься. Укус может оказаться последней каплей. Поэтому нужно дать шанс балагановым украсть свой кошелёк в троллейбусе, паниковским – мирно упокоиться в политическом небытие, козлевичам – приобрести иностранное авто, а Бендеру… переквалифицироваться в управдомы. Время ещё есть. Немного – но есть. Ведь хирург рискует жизнью пациента. А терапевт – лишь своими иллюзиями. Но если пациент не хочет выздороветь, ему не помогут ни первый, ни второй…