Народ, как известно, имеет право на ошибку. “Оранжевая” революция была ошибкой. Этот факт в преддверии второй годовщины событий на Майдане признают сами квази-революционеры. Они даже не знают, как отметить данное событие. “Оранжевый” лидер собирается в турне по регионам Украины. Возможно, в последний момент Виктор Ющенко и изменит свои планы. Кто знает... Даже он сам не знает. Юлия Тимошенко внятно матерится и предлагает тихо помянуть те деньки "без телекамер и прессы". Нелегитимное руководство "Нашей Украины" собирается быть 22 ноября с неким "народом".

Александр Зубченко

Психология толпы

Народ, как известно, имеет право на ошибку. “Оранжевая” революция была ошибкой. Этот факт в преддверии второй годовщины событий на Майдане признают сами квази-революционеры. Они даже не знают, как отметить данное событие. “Оранжевый” лидер собирается в турне по регионам Украины. Возможно, в последний момент Виктор Ющенко и изменит свои планы. Кто знает... Даже он сам не знает. Юлия Тимошенко внятно матерится и предлагает тихо помянуть те деньки "без телекамер и прессы". Нелегитимное руководство "Нашей Украины" собирается быть 22 ноября с неким "народом".

Полный бардак. Чтобы избежать обвинений в отсутствии политкорректности (интересно, а что это такое?), определимся в понятиях. Люди, которые пришли на Майдан, – это одно, лидеры, которые волей случая оказались в центре событий, – совсем другое. Да, действительно, социальная пружина, которую на протяжении десяти лет скручивал Леонид Данилович, два года назад лопнула. Любая социальная система имеет свой, строго определенный запас прочности. Даже несмотря на экономическую стабилизацию. Неясное томление возникло в груди у нарождающегося третьего класса. Миллионеры восстали против миллиардеров. Все было так урегулировано, что возникла потребность сорвать гайки.

Это одновременно простое и сложное явление, базирующееся на психологии толпы Густава Лебона. Средний класс породил массу, собравшуюся на Майдане. Ее энергию канализировала группировка, присвоившая себе ник "Наша Украина". Когда, спустя два года, идеологический "флер" обсыпался как мишура и без смеха нельзя читать учебники для начальных классов, написанные по горячим "оранжевым следам", можно называть вещи своими именами. Была толпа и люди, которые ее использовали. Никакой негативной нагрузки понятие "толпы" не несет. Это, скажем так, медико-психологический термин.

"Тысячи индивидов, отделенных друг от друга, могут в известные моменты попадать одновременно под влияние некоторых сильных эмоций и приобретать, таким образом, все черты одухотворенной толпы". Это цитата из Лебона. Десятки тысяч людей, собравшихся в мороз на Майдане, образовали временную социальную структуру, которая излучала энергию перемен. Такое редко, но бывает.

Но только не надо представлять данное явление как некую этическую, высоконравственную константу, которую нельзя анализировать и "трогать грязными руками". Клиническая картина происходившего на Майдане характерна для любых собраний индивидуумов, объединенных некой виртуальной общностью. Толпа на Майдане продемонстрировала полный набор черт, характерных для подобного социального явления. Точно по Лебону.

Первая черта: "сверхсила". Индивид в толпе приобретает благодаря ее численности сознание непреодолимой силы, которая способна смести все на своем пути: политический режим, институты власти, силовые структуры. Это позволяет ему действовать так, как бы он никогда не действовал в других обстоятельствах. Толпа анонимна, и поэтому чувство ответственности, всегда сдерживающее отдельных людей, совершенно исчезает.

Вторая: "вирусная зараза". В толпе всякое чувство, всякое действие заразительно и притом в такой степени, что индивид легко приносит в жертву свои личные интересы интересу коллективному. Утрачивается начисто инстинкт самосохранения. Скажешь идти на ОМОН – пойдут. Захватить Верховную Раду – захватят. Ворваться в Кабинет министров – не вопрос. Просто пройдитесь по улице Грушевского и представьте себе, как вы врываетесь в первый подъезд. Сразу же появляется картина: прапорщики, аккуратно пакующие вас в спецмашину. Нормальное, адекватное восприятие действительности. А в толпе человек способен совершать действия, противоречащие его природе, поскольку он составляет частицу стихии. И это состояние передается виртуальным путем. Как вирус по компьютерным сетям.

Третья: "внушение". Под влиянием толпы человек переходит в некое пограничное, зомбированное состояние. По словам Лебона, "он уже не сознает своих поступков, у него, как у загипнотизированного, одни способности исчезают, другие же доходят до крайней степени напряжения". Интеллект толпы всегда ниже интеллекта субъектов, которые ее составляют. Вот в этом и кроется разгадка феномена "команды победителей". Не надо обладать высоким интеллектом, чтобы руководить толпой. Достаточно поддерживать доведенных многодневным стоянием людей общими лозунгами и имитацией действий. Не случайно же главной заботой полевых командиров было занять людей.

Доходило до того, что их просто гоняли с одного места на другое. Даже подобная примитивная технология манипулирования срабатывала. Скажу больше: однообразные выступления Виктора Ющенко тоже оказывались действенным инструментом воздействия. Потому что толпе не важно, что говорят. Она воспринимает все на уровне коллективного бессознательного. Главное – внешние эффекты: шарфики, как символ приобщения к этому коллективному бессознательному, бесконечное повторение заклинания, усвоенного толпой – "у вас отобрали право выбора", коллективное пение гимна.

Лидеры "оранжевой революции" интуитивно угадали существование элементарных механизмов управления толпой. Во-первых, массе знакомы только простые и крайние чувства: всякое мнение или идею толпа либо отвергает целиком, либо возводит в абсолют. "Не испытывая никаких сомнений относительно того, что есть истина и что – заблуждение, толпа выражает такую же авторитарность в своих суждениях, как и нетерпимость". Толпа настроена на восприятие лишь одной точки зрения. "Ющенко – президент!". Все, другая точка зрения попросту не имеет права на существование. Толпа кодируется только один раз. Больше никто не в состоянии ее перекодировать.

Во-вторых, толпа может мыслить только образами. "Толпа напоминает спящего, рассудок которого бездействует и в его уме возникают чрезвычайно живые образы. Если бы их можно было подчинить рассудку, то они просто исчезли бы". Не случайно действие на Майдане происходило по театральным законам: сцена, действующие актеры, каждый из которых играл свою роль – "Лидер", "Полевой командир", "Оратор", "Певец", абсолютно тупые, как правило, тексты.

В-третьих, власть иллюзий. Толпе необходима иллюзия, поскольку она сама по себе недолговечна. Например, через три дня после свержения преступного режима все изменится. Ни один здравомыслящий человек никогда не поверит в подобную ерунду. Но когда ты стоишь в толпе, сжатый со всех сторон, то можешь поверить в любой бред, если он совпадает с подсознательным желанием массы.

"Оранжевые лидеры" щедро раздавали заведомо невыполнимые обещания, поскольку этого хотела толпа. В результате круг замкнулся – они сами оказались загипнотизированными толпой, поскольку неожиданно поняли: эта ерунда работает! Толпа хочет иллюзий. Лидеры, чтобы угодить толпе, дают людям эти иллюзии. В ходе технологичного общения с толпой сами начинают в них верить. Начинается коллективное помешательство.

И вот наступает вторая годовщина события, которое относится к сфере социально-психологической патологии. Толпа обманута в своих ожиданиях. Разочарование и крах иллюзий выработали иммунитет к повторению подобной болезни.

Воспроизвести подобную социальную конструкцию больше не удастся. Для лидеров Майдана единственный выход из сложившейся ситуации – провести мифологизацию тех событий. Миф имеет несколько иную природу существования. В частности, он не связан с реальностью и может некоторое время использоваться как зомбирующий элемент. Вот и все, что остается…