Обычно человек старается, чтобы его видели таким, каким он хочет себя выдать. Относительно нашего политикума, то это — золотое правило. Вот так и создаются мифы. Мифологемы строит сам политик, свои имиджмейкеры, ближайшее окружение, недруги, а СМИ лишь констатируют факт. Нынешняя политика — это полное разрушение мифов. И дело даже не в том, что политики, — словно колода карт, которая тасуется и тусуется при власти. Однако что на нее сетовать — общественность получает то, чего, по-видимому, достойна. Вся страна с удовольствием наблюдает, как политические символы настоящего избавляются от одеяний. Бросил глазом — «король голый», оглянулся — и «принцесса» туда же. И придворным деваться, понятно, никуда. Вот такой сплошной политический стриптиз.

Символы избавляются одеяний, или Разрушения искусственных политических мифов

Бывает, предложенная мифологема сразу придется по вкусу общественному сознанию, хотя сам миф цементируется годами, разрушается же… Хоть как напрягайся, миф — он и есть миф. Разрушить его значительно легче, чем создать, особенно при условии, когда он далек от реальности, когда он преисполнен противоречий.

Нынешняя политика — это полное разрушение мифов. И дело даже не в том, что политики, — словно колода карт, которая тасуется и тусуется при власти. Однако что на нее сетовать — общественность получает то, чего, по-видимому, достойна. Вся страна с удовольствием наблюдает, как политические символы настоящего избавляются от одеяний. Бросил глазом — «король голый», оглянулся — и «принцесса» туда же. И придворным деваться, понятно, никуда. Вот такой сплошной политический стриптиз.

Однако начнем с начала.

Миф — культурный феномен, имманентный исторической эпохе, отвечает политическому, социальному и психологическому дискурсу времени, выступает средством самоидентификации индивидуума и общества. Соответственно общественно-политический миф — это система координат, по которой определяется личность в обществе, определена семиотическая система, одной из главных составляющих частей которой есть политические лидеры, которые должны играть роль реперных точек в топографии политического пространства. Однако, ориентируясь на нынешних обладателей политического Олимпа, сориентироваться весьма сложно, а то и потеряться не долго.

Миф, с одной стороны, фиксирует порядок вещей и направленный на легитимацию существующего порядка и служит концептуальным обоснованием поведения в обществе, с другой — может быть основой движущей обновительной силы, которая уничтожает один социальный порядок и создает другой, и соответственно определяет новые нормы поведения.

Миф — это сгусток энергии, которая в любое мгновение может быть выплеснута, побуждая массы к определенным действиям — то ли революциям, то ли бунтам. Он приведет к выбору — то ли выборы президента, депутатов, то ли председателя сельсовета. Позовет стать последователем чего-то или кого-то, станет определяющим в избрании профессии и престижного ВУЗ и др.

В настоящее время можно уверенно сказать, что изучение и продуцирование мифов стало научной дисциплиной, и не важно, как ее называют — идеологией, пропагандой, имиджелогией, PR или рекламой. Заинтересованность мифом как средством модификации общественного сознания определяется его сущностью. Синкретическое, нерасчлененное начало, которое несет в себе миф, интересный специалистам, занятым в сфере виртуализации окружающего пространства.

Мифотворчество приобрело незаурядные размеры. Активное продуцирование мифологем связано с нестабильностью общества. Известно, что мифологемы являются эффективным механизмом адаптации в сложных условиях. С помощью мифов, сначала виртуально, а затем и в действительности, преодолевают преграды, преодолевают неурядицы, побеждают врагов.

Понятно, в политическом мифе мы находим символизацию и гиперболизацию фактов и явлений общественной жизни, однако по определению, он должен восприниматься как реальность, над которой не задумываются. Он претендует на естественность, преисполненный эмоциональности и сугестивности. Миф всегда был и будет хронополитическим, в нем отражено его время. Соответственно, искусственно созданный миф, его действенность ограничен пространственно-временным сроком.

Определяя историческую роль Майдана как демократического завоевания, нельзя не отметить, что Оранжевая революция была лишь симулякром бархатных революций. При таких условиях оранжевую команду лепили из того, что было. Соответствующие и последствия.

Оранжевая революция повлекла всплеск политической активности масс. Ну, а как известно, в периоды социальных потрясений и общественных кризисов, в периоды неопределенности состояние напряженного ожидания провоцирует общественное сознание на мифотворчество.

 При такой ситуации миф, обращаясь к общественному несознательному, к архетипам, выступает ничем другим, как тем самым иллюзорным образом, который устраняет в общественном сознании восприятие противоречивости реальности, за реальность принимается миф, она (реальность) виртуализируется. Каждая политическая сила — то ли в стремлении уничтожить оппонента, то ли в стремлении возобновить свои потерянные позиции, то ли в жажде достижений — активизировалась на почве мифотворчества.

В последнее время наблюдается что-то наподобие попытки втиснуть то, что не втискивается. Примечательно, что в демифологизации Оранжевой революции больше всего смогли не тогдашние так называемые оппоненты, а именно те люди, которые провозглашали идеи Майдана. Они оказались далекими от шумно провозглашенного. Речь идет даже не об измене идеалов Майдана. Проблема здесь в несоответствии наших «героев» героям историческим, отсюда и их несостоятельность тянуть ношу.

К демифологизации приложили руки все без исключения из так называемых одиозных фигур Майдана, первенство среди которых, несомненно, держит сам Виктор Ющенко. Возвеличили же нерешительность вместо взвешенности, близорукость вместо дальновидности, «маленького украинца» вместо выдающейся фигуры.

За ним — та, которая нуждается в особенном внимании: исконная оппозиционерка Юлия Владимировна — феномен харизматичности, миф опозиционарности, и, которая в своей жажде к власти приложила значительные усилия для демифологизации Оранжевой революции. И дело здесь не в сокрушительной, однако оправданной, критике своих-несвоих оранжевых «дорогих друзей», бок о бок с которыми пришлось стоять на сцене Майдана, а, по-видимому, в постепенной измене всех и вся.

Она оппозиционерка от природы, точнее, в результате своей психологической конституции, атрибутом ее отношения к действительности является опозиционарная ориентация как предпосылка любой деятельности, направленность на перемены, независимо от того, в какой мере совпадает действительность с социально-политической ситуацией.

Почти классическая картина — нарушение внутреннего равновесия, внутриличностные конфликты проявляются в ее представлении фактом нарушения личных интересов, нарушением внешнего равновесия отношений с социальной средой, а также в понимании нарушения макросоциальных групповых отношений. Это порождает когнитивный и эмоциональный диссонанс, ощущения дискомфорта, которые, как она считает, нужно преодолеть активными действиями — наступательно - агрессивными.

Ей необходимо сопротивление как таковое. Жизнь она рассматривает как борьбу честную и бесчестную, где нужно быть пристальным бойцом. Отсюда все средства, что ведут к победе, являются приемлемыми. Она склонна ориентироваться на прорыв ситуации, ей чуждый эволюционный ход событий. Госпожа Ю. может действовать весьма тактично и делать вид дружелюбия, однако ее поведение всегда направлено на добычу контроля и власти над другими. Власть ради самой власти.

Природная одаренность и многочисленное количество ошибок — это Юлия Тимошенко. Ресурсный потенциал и несостоятельность создать команду, неумение делегировать полномочия — это тоже Юлия Тимошенко. Жажда власти — и в этом Юлия Тимошенко.

Мифы, мифы, мифы. Как можно так безжалостно принуждать общественное сознание! Расшатывается эсхатологический маятник, и запугиваются массы. Им предлагают персонифицированный образ врага как причину всех неурядиц, для них создают «образ героя».

Образцом искусственного мифа об отделении бизнеса от политики является Петр Порошенко, яркий представитель «дорогих друзей». Хоть как он пытался перестроить свой мифоимидж государственного деятеля, так и остался деятелем от политики, да еще, с легкой руки Тимошенко, «весь в соплях и слезах».

Долго и настойчиво работали рядом мифотворцы Социалистической партии Александр Мороз и Иосиф Винский. А что теперь?.. Теперь они по разные стороны. К тому же эта партия имеет прилив молодой «мифотворческой крови» наподобие Василия Волги. Он свой шанс заработал, когда почти «голый и босой», слетал в Соединенные Штаты, там и решил идти во власть, баллотироваться на президентскую должность.

Невозможно вне поля зрения оставить «столба революции» — или, как он сам себя назвал, «терминатора» — глубокоуважаемого Юрия Луценко. Все тужится, тужится, а вез и ныне там. Шумные заявления и нулевой результат. Враждебные подступы! И в этом его, как никто больше, понимает Президент, потому и до сих пор держит на должности.

И еще одна мифологическая фигура — Роман Зварич. Что называется, вызов судьбы! Какая припарка оранжевому мифу — «недоученный министр»!

Конечно, самая мифологичная фигура — «стойкий оловянный солдатик» по имени Александр Зинченко. Невзирая на все неурядицы, отставку, политическое забвение он опять на коне. Не на том, правда, однако пони — тоже конь. Ремифологизация и нечего!

Каждый из председателей на Майдане, в тот или другой способ, добрался до властного ресурса. Один его удержал, другой потерял. Вот-вот растворится самый большой миф постпомаранчевого синдрома — партия-коалиция «Наша Украина». Аморфная мифологема о демократических изменениях как магическом средстве решения всех экономических проблем и достижения сплошного благополучия на западном уровне растаяла. Массовому сознанию насаждают новый миф — миф о «злых похитителях».

Миф Майдана (в широком смысле) имеет свою, священную, историю. И не вина Майдана, что символы избавляются одеяний. В мифе нет места неустроенности и хаоса. Главная его цель — поддержка гармонии личного, общественного, космического порядка. Невозможно провести четкой границы между мифом и повседневностью. Миф — неотъемлемая часть нашей жизни, легитимация бытия. Что же пытается легитимизировать нынешний украинский политикум?.. Свое место у власти! Да, — критика нынешней мифологии всегда проповедь другой, новой неремифологизированной мифологии, которую творить нам с вами!

Валентин Лисенко, Виктор Вирный http://www.personal-plus.net/   WWW.UA-PRAVDA.COM