Андрей Ваджра: Я бы не стал питать какие-то надежды относительно нового президента Украины. По-сути между Тимошенко и Януковичем нет никакой разницы. Если, конечно же, игнорировать вторичные половые признаки кандидатов.

А.В.: У этих двух политиков нет идеологии. Они – примитивные прагматики, которые просто манипулируют стереотипами, надеждами и ожиданиями людей. Народ на юго-востоке Украины хочет видеть в Януковиче настоящего лидера русской украйны, а народ западной украйны вынужден делать ставку на Тимошенко как политического противника якобы «москальской» Партии регионов.

Естественно, что оба политика демагогически приспосабливаться под специфику своего электората. Тимошенко дает клятвы верности делу украинской национальной идеи и записывается в сечевые стрельцы, а Янукович грозится сделать вторым государственным русский язык. Естественно, что все это демагогия. Точно так же как и демагогия то, что БЮТ или ПР способны поднять обвалившуюся экономику и устранить мощные ценностные, мировоззренческие и политические противоречия в обществе.

Наша страна находится в глубоком политическом кризисе, выйти из которого прошедшие президентские выборы не помогут. Мы накануне новой фазы самоубийственного для Украины политического противостояния.

При этом, страна подошла к черте экономического коллапса, финансового дефолта и завершающей фазе своей деиндустриализации. На грани веерного развала инфраструктура страны.

Бюджет пуст и возможность его наполнить в условиях разрухи и кризиса - крайне мала. А это значит, что в ближайшее время может рухнуть вся «социалка», что, в свою очередь, чревато зашкаливанием психического напряжения малоимущих слоев населения со всеми вытекающими из этого последствиями.

В общем, накопленные Украиной проблемы плохо совмещаются с жизнью Украины, и ни Тимошенко, ни Янукович в принципе не способны их решить. У этих личностей не тот интеллектуальный, профессиональный и моральный уровень развития.

А.В.: Ничего нового. Все будет так, как было. Немного изменится официальная риторика. Ну и у государственного «корыта» появятся иные, но не менее жадные, персонажи. И все.

А.В.: Регионалы изменить уже ничего не могут. Слишком далеко все зашло. Да и рвутся они к власти не для того, чтобы спасать Родину, а для того, чтобы тихо «шинковать зелень» и вывозить ее за границу. Через год рейтинг Партии регионов рухнет, а сам Янукович будет восприниматься населением как примитивный клоун. Самое плохое в этом то, что ПР для населением страны является олицетворением русской украйны. Дискредитировав себя, регионалы могут дискредитировать и идею русской альтернативы украинству.

А.В.: Именно так.

И выйти из этого противостояния невозможно. Это противостояние даже не политическое. Это противостояние происходит на уровне архетипов. Это противостояние между разными ментальными, культурными, языковыми, смысловыми, ценностными мирами. В данном случае политика как ширма прикрывает это глубинное иррациональное столкновение рациональными объяснениями.

Это наиболее ярко доказывает сопоставление результатов второго тура президентских выборов 2004 и 2010 годов. Пять лет назад за Януковича проголосовало 49,42 % избирателей, за Ющенко - 46,69 %. Сейчас за Януковича отдали свои голоса 48,95 % граждан страны, а за Тимошенко – 45,47 %.

Как видите, прошло пять лет, но в предпочтениях нашего населения ничего не изменилось. ОДНА ПОЛОВИНА НАСЕЛЕНИЯ ПОСТОЯННО ГОЛОСУЕТ ЗА УКРАЙНУ РУССКУЮ, А ДРУГАЯ ЗА УКРАЙНУ ГАЛИЦИЙСКУЮ. И величина выступающих за ту или иную украйну – постоянная, не зависящая от политической или социально-экономической ситуации в стране, а так же каких-то программ тех или иных политических сил. Разговоры о каких-то политических или экономических разногласиях, по большому счету, - антураж. На самом деле люди голосуют за человека, которого считают «своим», который олицетворяет для них упомянутые мной выше миры двух разных украйн.

А.В.: Да, эти миры, по своей сути, – непримиримы. Но, тем не менее, большую часть населения Украины можно примирить. Если подойти к этому разумно.

А.В.: Когда-то я уже писал, что в действительности, не формально, Украины не существует. Реально существует лишь украйна русская и украйна галицийская. Соотношение этих украйн, по моему мнению, где-то 80 к 20. В свою очередь, в русской украйне 40% людей чётко идентифицируют себя как русских. Причем если часть из них себя воспринимает как «великорусов», а часть как русских в более широком значении этого слова, русских не в смысле «великорусов», а русских для которых русский язык и культура являются родными, но Россия уже чужое государство.

При этом я хочу подчеркнуть, что в моем понимании «русский» это феномен, объединяющий в себе, прежде всего, «малорусов», «великорусов» и «белорусов». Более того, феномен «русский» уже давно вышел за узкие рамки этнической принадлежности, поднявшись на уровень ментальной, культурной, ценностной, духовной, если хотите, общности людей. В одном из российских фильмов, чернокожий мальчишка, родившийся и выросший в России, на мой взгляд, очень емко объяснил своему другу-скинхеду один ключевой момент: «русский – это не цвет ж…ы»!

Так вот, из той 80% части русской украйны, 40% - это те люди, которые себя идентифицируют в качестве русских. Другие 40% - это те, для которых все русское объективно является родным, но которое они считают для себя «родственным». Замете, не чужим, а именно родственным. Это что касается галицийской украйны…

А.В.: Это произошло не вдруг. Это – результат 70 лет советской пропаганды идеи «трех братских (но разных) народов», а затем 20 лет интенсивной государственной промывки мозгов уже при независимой Украине.

А.В.: Галицийская украйна – это территория и население поставстрийской Галиции с прилегающими к ней регионами, на которых во время войны проводился масштабный террор УПА. Это то, что сейчас мы называем «Западной Украиной». Однако здесь тоже не все однозначно. В рамках украинства, на самом деле, существуют «истинные» украинцы и «неистинные» – второсортные «недоукраинцы». «Истинные» украинцы – это кондовые этнические галицийцы, владеющие галицийским суржиком. «Неистинные» – все те, кто находится на востоке от Галиции и кто не знаком с прикарпатской этнографической спецификой.

Население Волыни, к примеру, для «истинных» - это уже неполноценные «схидняки». Никто из «полноценных» официально об этом никогда не скажет, но на уровне повседневного межличностного взаимодействия сознательное обособление галицийцев трудно не увидеть и не почувствовать. Их отношение к «схиднякам» просто пропитано чванством, замешанном на некоей идее своего галицийского превосходства.

Это, в свою очередь, означает, что негалицийская часть украинства весьма шаткий элемент («схидняки» той же Волыни), потенциально способный вернуться к своей русской идентичности. Поэтому, на самом деле украинство географически практически полностью совпадает с территорией Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской областей.

А.В.: Нет. Все сказанное мной говорит о том, на каком фундаменте и в рамках каких закономерностей будут протекать политические процессы на Украине.

А.В.: То, что все политические процессы уже сейчас структурируются вокруг двух противоположных полюсов - русскости и украинства. Монополии украинства на национальную идеологию и фундаментальные смыслы пришел конец. Формирование четкой идеологии и политических сил русской украйны – это вопрос ближайшего времени. Если же учитывать масштаб русской украйны, победа и естественное доминирование на Украине русской политической силы – неизбежно.

А.В.: Нет! Партия регионов не имеет никакого отношения к тем процессам, о которых я упомянул. Партия регионов – это фальш-панель Русского Мира на Украине. Партия регионов – это политическая организация крупных восточно-украинских капиталистов, нагло паразитирующих на надеждах и ожиданиях русской украйны.

Не за горами то время, когда население русской украйны разочаруется в Партии регионов. Это неизбежно. Точно так же, как симпатики «оранжевой революции» разочаровались в своих кумирах. Это будет серьезный кризис массового сознания. Но когда время разочарования и неверия закончится, наступит эпоха настоящего, мощного русского политического движения на Украине.

Забавно, но все эти пророссийские «силы» представляют собой некую политическую копию свидомизма в своей главной политической идее фикс. Как пророссийские маргиналы так и украинские националистические маргиналы (они по электоральной поддержке примерно на одном и том же уровне) зациклены на идее присоединения Украины к России. Только первые воспринимают данное присоединение как божью благодать, а вторые как апокалипсис и воцарение сатаны. Чего больше в таких убеждениях, наивности или идиотизма, сказать трудно. А вообще, мне кажется, сейчас важно уметь отличить русскую партию на Украине от пророссийской.

А.В.: Все предельно просто. Пророссийская партия защищает интересы России на территории Украины, а русская партия защищает интересы всех тех, кто живет на Украине и идентифицирует себя как русского. Но русского не в смысле «великоруса», а «малоруса».  Пророссийской может быть и украинская ультранационалистическая партия «Свобода», если ее существование и деятельность встраивается в политику Кремля на Украине. Пророссийская партия на Украине не обязательно должна быть русской, а русская партия не обязательно должна быть пророссийской.

Проблема в том, что интересы российского государства сейчас слабо совпадают с интересами русских на Украине. Для России мы – иностранцы, жители не совсем дружественного государства. Возможно, это будет трудно кому-то принять, но Москва нас, русских Украины, бросила вместе с антирусскими галицийцами. Увы. Теперь мы с точки зрения российской власти – инородцы, со всеми вытекающими из этого экономическими и социальными последствиями.

Россия, дабы решить для себя украинский вопрос, вынуждена была нас, «великороссов» и «малороссов» Украины, рассматривать в своей геополитической игре как «украинцев». И, пожалуй, с точки зрения эффективной внешней политики – это верно и закономерно. Мы сами сделали себя заложниками, смирившись с торжеством свидомизма на нашей земле. Ведь это не секрет, что русская украйна никак себя не проявила за эти почти 20 лет. Мы существуем как отдельные индивиды, но нас нет как коллективной и организованной силы. Мы достойны того, что, в конце концов, получили со стороны России.