Какой общественный строй сейчас в Украине? Обычный ответ - «социальная рыночная экономика» - прописанный в законодательстве, апеллирует скорее не к уму, а к сердцу. Словом «рынок» она создает впечатление, что вроде бы есть свобода выбирать и способ заработка, и политиков. Рынок ассоциируется с конкуренцией, динамикой. В то же время слово «социальный» успокаивает – якобы тот, кто слаб или кто оступился, никогда не подпадет под дарвиновские законы, а получит свой гарантированный минимум, что государство его всегда пригреет, как заботливая мать ребенка. На самом же деле конкуренции нет как между политиками, так и между бизнесменами. Что же такое тогда рынок, частная собственность без конкуренции?

Какой общественный строй сейчас в Украине? Обычный ответ - «социальная рыночная экономика» - прописанный в законодательстве, апеллирует скорее не к уму, а к сердцу. Словом «рынок» она создает впечатление, что вроде бы есть свобода выбирать и способ заработка, и политиков. Рынок ассоциируется с конкуренцией, динамикой. В то же время слово «социальный» успокаивает – якобы тот, кто слаб или кто оступился, никогда не подпадет под дарвиновские законы, а получит свой гарантированный минимум, что государство его всегда пригреет, как заботливая мать ребенка. На самом же деле конкуренции нет как между политиками, так и между бизнесменами. Что же такое тогда рынок, частная собственность без конкуренции?

Рынок без конкуренции – это феодализм. Его форма, замаскированная популистскими законами, социальными лозунгами в Конституции, болтовней в парламенте, выборами – когда раз в 5 лет через узенькую щелку урны граждане пытаются влиять на власть бумажечкой-бюллетенем для голосования.

В конечном итоге так им не удастся повлиять. Потому что в Украине – неофеодализм.

Главная, самая обидная черта неофеодалов – это их неподсудность закону. Они – привилегированная каста, благодаря своему посту, родственным и прочим связям имеющая возможность стоять выше закона.

Например, не платить налоги со своих доходов. Налоговые декларации первых лиц из правящего класса содержат ложь и выглядят насмешкой над налоговым законодательством. Это в случае, если высокое лицо изволило продемонстрировать эту декларацию обществу. А многие и это не считают нужным делать, отчитываться перед плебсом вопреки букве закона, но в соответствии с духом нынешней украинской эпохи.

Налоги не платят и вороватые президенты с премьерами, и мультимиллиардеры. Чем больше зарабатываешь - тем больше налогов не платишь.

Но если бы все заканчивалось налогами…

С периодичностью раз в квартал или в полгода по стране разносится весть об очередном бесчинстве, совершенном на дороге представителем правящего класса.

По информации МВД, 2 ноября 2003 года автомобиль Mercedes-Benz G 500 под управлением Черновецкого на 25-м километре автодороги Киев-Обухов совершил наезд на гражданина Коропченко, что привело к его смерти.

15 апреля 2003 года, служебный Mercedes-600 концерна "Правэкс", почетным президентом которого был Черновецкий, на Столичном шоссе насмерть сбил мальчика 1992 года рождения. Свидетели происшествия утверждали, что водитель, после того как сбил ребенка, сразу снял номера с машины.

В августе 2006 года дочь мэра Ужгорода Сергея Ратушняка Светлана наехала на шестилетнего мальчика.

В мае 2007 года произошло ДТП с участием Сергея Калиновского - пасынка газового олигарха Дмитрия Фирташа. В аварии погиб прапорщик внутренних войск Владимир Куликовский и молодая девушка Анастасия Бронникова.

13 января 2008 года 18-летний отпрыск одесского чиновника Феликса Петросяна - тоже Феликс, будучи навеселе, на джипе "Тойота Прадо" разбил 10 автомобилей в Одессе.

В результате крупного ДТП один человек погиб, еще двое - получили ранения.

31 октября 2008 года насмерть был сбит 19-летний студент Харьковского национального университета. За рулем автомобиля находился 17-летний сын депутата Харьковского областного совета от Партии регионов Олега Каратуманова Дмитрий.

В конце мая 2009 года Печерский райсуд Киева отклонил ходатайство милиции и прокуратуры об аресте пасынка народного депутата-"регионала" Игоря Лысова Артема Криворучко, против которого открыто уголовное дело по факту хулиганства.

Криворучко на джипе "Мерседес" без номеров рассекал по Киеву. Около трех часов ночи он врезался в 600-й "Мерседес" и зацепил грузовик-поливалку своим автомобилем. Позже "гонщик" набросился с ножом на шофера грузовика.

(информация korrespondent.net и liga.net)

Вся эта статистика (неполная, конечно, потому что далеко не все трагедии попали в прессу) может служить доказательством неподсудности правящего класса. Потому что вопрос – сел ли кто-то из указанных выше убийц? – является риторическим. Все, что мы можем сейчас – это лишь повторять этот список, помнить его, надеясь, что настанет нужный момент.

Это, так сказать, суть феодализма – бесправие одних и привилегии других. Обратимся сейчас к внешней стороне, которая может рассказать о многом.

Автор выделил для себя ряд феноменов, которые, на его взгляд, подтверждают, что сейчас, в сию секунду в стране живет и творится неофеодальное общество. Что идеал, модель образа жизни, к которому стремятся представители нынешней правящей прослойки, имеет выражено феодальный окрас.

1. Так называемые привилегированные номера свидетельствуют о том, что люди, обладающие особым статусом, нуждаются в простых и понятных знаках для обозначения этого статуса. Им необходимо, чтобы простые люди понимали, что перед ними – особый человек, «дворянин», принадлежащий к элите.

Ошибочно думать, что это нужно только для морального удовлетворения дворянина. Напротив, зачастую знак - это элемент технический, чтобы правоохранительные органы сразу видели, что человек – непростого происхождения, и вели себя с ним соответствующе.

Характерно, что такого рода привилегированные номера невозможны в большинстве стран капитализма – номера с особым статусом, безусловно, существуют везде, но число их очень ограничено, и использование, как правило, жестко регламентируется.

2. Балы и прочие празднования.

Правящий класс нуждается не только в том, чтобы быть выше других людей с точки зрения закона или материального состояния. Ему необходимо также вести радикально другой стиль жизни, в том числе и светской, который подчеркивает его исключительность.

В этом поиске украинские "новые дворяне" дошли до чего-то, что можно назвать средним между классическими дворянскими балами феодальной эпохи с фривольными элементами голливудских сборищ.

Нельзя не заметить тот энтузиазм, с которым знать украинская пытается копировать стиль поведения и внешние атрибуты европейского дворянства.

Впрочем, не всегда успешно.

3. Благоговение к ценностям семьи, которое излучает президентская ветвь власти, имеет двойной подтекст.

С одной стороны, это трактуют как игру на публику с целью подчеркнуть приверженность президента к семейным ценностям. С другой стороны, эта тема приятна определенным лицам еще и тем, что они копируют стиль поведения дворянства, пекущегося о своих наследниках – сам принцип важности людей в связи с их происхождением имеет феодальные корни, как и такое явление, как культ наследника.

4. Популярность охоты. Среди украинского правящего класса охота является весьма распространенным занятием. Безусловно, в развитых капиталистических странах тоже многие увлекаются охотой, однако убийство животных ради развлечения не является там столь явным мейнстримом среди богатых людей. Если западные аристократы отдают дань охоте, потому что их предки весьма увлекались этим занятием, то нынешние украинские барины искренне увлечены охотой здесь и сейчас. Помимо всего, обладание арсеналом оружия – еще один атрибут, который отличает и которым стараются отличаться непростые украинцы от простых.

Не случайно дело Лозинского возникло из охоты. Это дело весьма типичного украинского феодала, который заигрался в свои игры. Возможно, это станет импульсом к тому, чтобы украинское общество осознало свою сущнось - и или приняло ее, или - изменило.