Согласно данным опросов, начало 2005 года в Украине было отмечено значительным повышением уровня социального оптимизма населения. Так, 40% опрошенных дали положительный ответ на вопрос, изменится ли их жизнь к лучшему в ближайший год. Противоположного же мнения придерживались лишь 18% респонденов. Однако при столь ярко выраженном оптимизме, подъема социального самочувствия после победы «оранжевой революции» так и не произошло: 77% населения отметили нехватку «государственной защиты от снижения уровня жизни», а 68% - отсутствие «стабильности в государстве и обществе».

Согласно данным опросов, начало 2005 года в Украине было отмечено значительным повышением уровня социального оптимизма населения. Так, 40% опрошенных дали положительный ответ на вопрос, изменится ли их жизнь к лучшему в ближайший год. Противоположного же мнения придерживались лишь 18% респонденов. Однако при столь ярко выраженном оптимизме, подъема социального самочувствия после победы «оранжевой революции» так и не произошло: 77% населения отметили нехватку «государственной защиты от снижения уровня жизни», а 68% - отсутствие «стабильности в государстве и обществе». «Полит.ру» публикует исследование Евгения Головахи и Наталии Паниной «Интегральный индекс социального самочувствия населения Украины до и после «оранжевой революции», в котором авторы анализируют основные составляющие так называемого индекса социального самочувствия населения Украины, а также намечают те проблемы, которые стоят за этими показателями и с которыми в скором будущем придется столкнуться украинской власти. Статья опубликована в последнем номере журнала «Вестник общественного мнения» (2005. № 6), издаваемого Аналитическим Центром Юрия Левады.

Социальное самочувствие является обобщенным индикатором реакции населения на социальные преобразования. Поскольку люди поддерживают те или иные изменения в обществе, надеясь улучшить свое собственное положение в нем, интегральная оценка восприятия ими собственного благополучия в основных сферах социальной жизнедеятельности является решающим критерием определения направленности (положительной или отрицательной) общественных изменений. При измерении социального самочувствия необходимо ориентироваться не на ситуативные эмоциональные состояния, вызванные всплесками и падениями общественных настроений, а на самооценку уровня благополучия в реализации основных социальных потребностей.

Социальное самочувствие человека определяется степенью удовлетворения его социальных потребностей, которые, в свою очередь, являются производными от существующей в обществе системы социальных благ, их производства и распределения. Чем больше человек ощущает нехватку социальных благ, тем хуже его социальное самочувствие. Такой подход к измерению одного из важнейших показателей благополучия людей позволяет осуществлять разностороннюю оценку восприятия человеком своего положения в обществе и избежать опасности измерения ситуативных эмоциональных состояний. При подготовке перечня эмпирических индикаторов социального самочувствия нами были установлены основные сферы социальной жизнедеятельности, степень оценки благополучия в которых (достаточность или нехватка соответствующих социальных благ) определяет общий уровень социального самочувствия индивида в целом. Конечно, классификация социальной жизнедеятельности по сферам в значительной степени условна, однако такой подход позволяет, на наш взгляд, проконтролировать индикаторы под углом зрения максимально широкого охвата факторов, определяющих социальное самочувствие людей.

При подготовке инструментария характеристика каждой из сфер ограничивалась равным числом индикаторов социального благополучия, чтобы в первоначальном варианте вес каждой из сфер в формировании общего уровня социального самочувствия был примерно равным. В итоге первоначальный вариант опросного листа включал по 4 индикатора, описывающих определенные блага в каждой из 11 основных сфер социальной жизнедеятельности. Полная версия методики измерения интегрального индекса социального самочувствия, включающая 44 вопроса о достаточности социальных благ, впервые была включена в инструментарий мониторингового исследования Института социологии НАН Украины в 1995 году. В дальнейшем ежегодно в инструментарий опроса включался краткий вариант методики, состоящий из 20 вопросов (ИИСС-20), и лишь в отдельные годы (в том числе и в 2005 году) использовался полный вариант ИИСС-44 (подробнее о методике см. Головаха Е.И., Панина Н.В. Интегральный индекс социального самочувствия (ИИСС): конструирование и применение социологического теста в массовых опросах. — Киев: Институт социологии НАН Украины, 1997).

В приложении (таблица 1) представлены 44 основных индикатора достаточности социальных благ (пункты 1-44). Первые 20 пунктов таблицы — это показатели, используемые при подсчете ИИСС-20. Коэффициент корреляции между значениями ИИСС-44 и ИИСС-20 составляет 0.9. Это означает, что при анализе интегрального показателя социального самочувствия более оперативная методика ИИСС-20 может быть использована без существенных потерь для содержательного анализа. Вместе с тем отдельные пункты ИИСС-44 содержат важную информацию о тенденциях социальных изменений. Далее будут рассмотрены результаты динамики социального самочувствия, полученные при использовании в мониторинговых исследованиях краткого варианта методики измерения социального самочувствия, включающего 20 вопросов — пунктов шкалы ИИСС-20. Диапазон шкалы социального самочувствия ИИСС-20 — от 20 до 60 баллов; где 40 баллов — среднее значение шкалы (условный нуль), ниже которого находятся показатели отрицательного уровня удовлетворения потребностей. При определении общего уровня социального самочувствия населения Украины принята следующая группировка: значения ниже 37 баллов характеризуют низкий уровень, 37-43 бала — средний, выше 43 баллов — высокий.

В 1995 году, когда методика измерения социального самочувствия была впервые включена в инструментарий мониторинга, значение ИИСС-20 для населения Украины в целом составило 35.1 и вплоть до 2004 года ни разу не превысило 36 баллов, что свидетельствовало о неблагоприятном в целом самочувствии людей в обществе (таблица 2). Худший показатель был зафиксирован в 1998 году, затем ситуация несколько улучшилась: с 1998 по 2003 г., значение ИИСС для населения Украины выросло с 33.7 до 35.5 баллов. Хотя это повышение является статистически значимым (на уровне 1%), вплоть до 2003 года улучшение экономической ситуации в стране очень незначительно сказывалось на уровне социального самочувствия населения. И только с 2003 по 2004 гг. впервые произошел существенный подъем социального самочувствия — до 37.3 балла. Принципиальным моментом в оценке этого изменения ИИСС являлся тот факт, что впервые значение индекса социального самочувствия для населения Украины превысило 37 баллов — нижнюю границу, отделяющую людей с плохим самочувствие от тех, кто попадает в категорию лиц со средним уровнем социального самочувствия. В 2005 году подъем уровня социального самочувствия не зафиксирован. Снижение значения ИИСС на 0.4 балла статистически незначимо, однако сам факт прекращения роста ИИСС — достаточно тревожный сигнал для общества, в котором после «оранжевой революции» наблюдается заметный эмоциональный подъем.

Общий фон социальных настроений в начале 2005 года характеризуется значительным повышением уровня социального оптимизма населения. Более чем на 20 процентов возросла доля людей, которые на вопрос «Как Вы считаете, в ближайший год наша жизнь более или менее наладится или никакого улучшения не произойдет?» дали оптимистический ответ. Если в 2004 году так считали только 18%, то в начале 2005 года — 40%. Пессимистический прогноз («никакого улучшения не будет») в 2004 году высказали 43%, а в 2005 — 18%. Тенденция роста социального оптимизма значительно в большей степени выражена в западных регионах Украины, чем в восточных. Если в западных регионах оптимистические установки характерны для двух третей населения (66%), то на востоке — для 21%, в центральных регионах — для 44%, в южных — для 34%. Рост социального оптимизма сопряжен с благоприятной тенденцией изменения массовых настроений. Уменьшилась доля людей (на 12%), которые, оценивая свое настроение, отмечают напряжение, раздражение, соответственно, увеличилась часть людей, оценивающих свое настроение как ровное, спокойное.

Значимо повысилась самооценка людьми своего социального статуса и уровня удовлетворенности своим положением в обществе. Распределение граждан Украины по самооценке социального статуса приближается к нормальному распределению: если в 1994 году на серединную ступень (4-ую из семи) претендовало 19%, в 2004 году — 24%, то в 2005 году — 30%. Это свидетельствует о притязаниях достаточно большой части населения Украины на положение среднего класса в обществе.

Возникает естественный вопрос, почему же при выраженном подъеме социальных настроений и социального оптимизма не произошло повышение уровня социального самочувствия? Ответ на этот вопрос отчасти может быть получен при рассмотрении структуры «напряженных потребностей» населения — структуры тех благ, потребности в которых у людей сформировалась, а общество не обеспечивает их удовлетворение (см. таблицу 1).

Анализ структуры социальных благ, недостаточность в которых испытывают граждане Украины, показывает, что сегодня большинству людей чаще всего не хватает стабильности в обществе и социальных гарантий, обеспечивающих чувство уверенности в «завтрашнем дне». 77% населения не хватает «государственной защиты от снижения уровня жизни»; 68% — «стабильности в государстве и обществе» и «экологической безопасности»; 62% — «соблюдения в стране прав человека»; 51% — «юридической помощи в защите своих прав и интересов» и «уверенности в том, что ситуация в стране будет улучшаться». Можно видеть, что большинство населения все еще ощущает недостаточность уверенности в том, что государство сможет защитить их интересы. Сегодня в Украине в наибольшей степени людям не хватает благ, соответствующих ценностям среднего класса. Если подъем социального оптимизма сопряжен с доверием новой власти и с надеждой на то, что эта власть сможет привести к улучшению качества жизни, то низкий уровень социального самочувствия сопряжен с чувством острой недостаточности стабильности и правовых социальных гарантий. Рассматривая материальные потребности людей, следует обратить особое внимание на 63% граждан Украины, которые отметили, что им не хватает «возможности питаться в соответствии со своими вкусами». Недостаточность этого блага, характерного для среднего класса, отметили больше людей, чем нехватку «возможности приобретать самые необходимые продукты» (44%). Хотя, конечно, когда в стране почти половина населения испытывает серьезные трудности с приобретением самых необходимых продуктов, можно понять, почему общий уровень социального самочувствия населения находится в области отрицательных значений. Большинству населения не хватает также «возможности полноценно проводить отпуск», «необходимой медицинской помощи», «защиты от преступности», «здоровья».

Наименее напряженными (на недостаточность удовлетворения которых жалуются не более одной пятой населения) являются социо-культурные потребности, вокруг которых довольно часто «ломают копья» многие политики Украины: «информации о тех изменениях, которые происходят в обществе», «возможность приобщаться к своей национальной культуре» (в западных регионах — 15%, в восточных — 23%, в южных — 19%, в центральных — 21%), «знание украинского языка» (в западных регионах — 8%, в восточных — 18%, в южных — 17%, в центральных — 16%).

Структура социальных потребностей, дефицит в обеспечении которых испытывает население, в значительной степени зависит от возраста людей. Люди разных поколений имеют разную структуру социальных потребностей. Благодаря этому различия между возрастными группами не очень велики (см. таблицу 3). Как положительную тенденцию следует отметить, что за последний год эти различия несколько уменьшились. Пожилые люди сегодня испытывают менее выраженный дефицит материальных благ в сравнении с молодежью, чем это было в 2004 году. По-видимому, сказывается существенное повышение пенсий, позволившее несколько уменьшить напряженность насущных материальных потребностей у представителей старшего поколения. Особенно показателен в этой связи статистически значимый рост за последние два года (на уровне 1%) социального самочувствия неработающих пенсионеров как наиболее социально уязвимой группы, оказавшейся в крайне тяжелом положении в результате разрушения традиционной системы социального обеспечения. Вместе с тем общий уровень социального самочувствия этой категории населения остается все еще очень низким.

Сохраняется значительный разрыв между мужским и женским социальным самочувствием. Хотя у мужчин за последний год значение ИИСС-20 снизилось, оно все еще значительно выше, чем у женщин, у которых уровень социального самочувствия не достигает даже границы, отделяющей плохое самочувствие от среднего. Значительный разрыв между показателями социального самочувствия мужчин и женщин свидетельствует о сохраняющемся существенном неравенстве их социального положения.

В основных поселенческих группах социальное самочувствие изменялось таким образом, что если в 1995 году наиболее высокий показатель ИИСС наблюдался у жителей села, в 1998 году показатели выровнялись для всех групп, в 2002 году наиболее высоким стал ИИСС жителей небольшого города, а в 2004 — населения крупных городов. К 2005 года эта тенденция стала еще заметнее. Как видно, лидирующая роль крупных городов в процессах социальных трансформаций получает существенное психологическое подкрепление, выражающееся в лучшем социальном самочувствии их жителей.

Отсутствие статистически значимых различий ИИСС между украинцами, русскими и представителями других национальностей является весьма благоприятным фактором для сохранения стабильности в обществе, межэтнического мира и согласия, поскольку у граждан Украины нет оснований считать, что принадлежность к той или иной национальности может определять возможности доступа к тем или иным социальным благам.

Особого внимания заслуживают изменения значения ИИСС в зависимости от формы занятости. С 1995 по 2004 гг. не уменьшался разрыв между работниками, занятыми в государственном и частном секторах экономики, — что свидетельствовало о менее эффективной деятельности государственного сектора в сравнении с частным. И хотя в 2005 году этот разрыв сократился, это произошло не за счет роста в госсекторе, а в результате снижения социального самочувствия у людей, занятых в приватном секторе экономики. Хотя само снижение «слегка не дотягивает» до пятипроцентного уровня статистической значимости, прекращение роста самочувствия у работников частного сектора — свидетельство ухудшения условий деятельности бизнеса в Украине.

В заключение хотелось бы отметить тот факт, что за последний год не произошло повышения уровня социального самочувствия населения, несмотря на заметный рост социального оптимизма и доверия к власти. При этом среднее значение интегрального индекса социального самочувствия все еще остается далеким даже от границы «условного нуля», за которой расположены значения ИИСС, свидетельствующие о той или иной степени достаточности социальных благ. И если более четырех лет экономического роста понадобилось для того, чтобы в 2003-2004 гг. наметилось более или менее существенное улучшение социального самочувствия населения в целом и ряда наименее защищенных его категорий (женщины, неработающие пенсионеры, служащие-неспециалисты, работники сферы науки, культуры и образования), то стагнация, обнаруженная в последний год, может свидетельствовать о том, что население либо в определенной мере исчерпывает адаптивные возможности, либо наметился рост социальных притязаний, вызванный сменой власти и большими надеждами на постреволюционное будущее. Гипотетические объяснения остановки роста социального самочувствия населения требуют тщательной эмпирической проверки в социологических исследованиях, сам же факт прекращения роста самочувствия требует не менее серьезного внимания представителей новой власти, которая декларировала первоочередность решения задач повышения уровня благосостояния населения Украины.