ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ ВЛАСТИ: ПАНАЦЕЯ ИЛИ УГРОЗА УЗУРПАЦИИ?

Уже который год украинцы живут ожиданием того, что в стране наконец-то наступит период стабильности. Порядком затянувшаяся избирательная пора, которая формально стартовала еще в 2003 году и, похоже, не закончится ни президентскими, ни очередными или внеочередными парламентскими выборами, не идет на пользу государству и его гражданам. Скорость, с которой правительства Украины сменяют друг друга, стала притчей во языцех не только у наших бывших соседей по Советскому Союзу, но и за рубежом. Понятно, что при таких условиях, ни о каком стабильном развитии государства и речи быть не может. Есть ли выход из создавшегося положения?

 

Безусловно, есть. О нем, в частности, заявил еще в сентябре 2007 года экс-премьер-министр Виктор Янукович. По его мнению, залогом стабильного развития государства является преемственность власти. «Нам нужно перестроить промышленность, готовиться к финальным играм Чемпионата Европы по футболу 2012 года и перестраивать государство. Преемственность власти является залогом стабильного развития страны», - сказал тогда Янукович. Конечно, его слова (напомним, что в то время полным ходом шла предвыборная парламентская кампания) можно было расценить, как желание во что бы то ни стало остаться у власти. Тем не менее, в заявлении экс-премьера прозвучала вполне рациональная идея, воплощение которой, по нашему мнению, помогло бы Украине добиться той самой стабильности, прежде всего в социально-экономическом плане. Каким образом? Тут уместно вспомнить опыт развитых демократических государств.

 

Главное правило развитых демократий: не плевать без нужды во властный колодец

Всем, кто мало-мальски интересуется политикой, известно изречение, ставшее своего рода аксиомой политологии: «любая оппозиция делает все, чтобы стать властью, и любая власть обречена на то, чтобы когда-то стать оппозицией». Исходя из этой аксиомы страны, в которых демократия прошла многолетнее, если не вековое становление, разрабатывают стратегии социально-экономического развития государства, рассчитанные на десятилетия.

Столь долгосрочные проекты развития державы в странах с глубокими демократическими традициями возможны, прежде всего, потому, что власть, равно как и оппозиция понимают степень своей ответственности за процессы, происходящие в государстве. Ответственность эта определяется преемственностью власти: оппозиционеры, если хотят сменить статус, ни в коем случае не посягнут на глубинные реформы, заложенные предшественниками. Вряд ли избиратели в таких странах доверят кормило власти тем, кто захочет развернуть государственный корабль вспять, оперируя лозунгами об ошибочности избранного прежней властью курса.

Куда разумнее внести некоторые тактические, среднесрочные изменения в принятый стратегический план развития страны. Естественно, всегда есть риск прогадать с такими коррективами, особенно если они касаются экономических аспектов жизнедеятельности государства и могут быть продиктованы изменениями мировой конъюнктуры. Однако, трансформации эти, по сути, не так опасны, ведь они не касаются стратегических основ развития государства, потрясти которые, как было сказано выше, вряд ли осмелится даже самый радикальный оппозиционер.

В то же время власть имущие понимают, что безалаберно проведенные годы правления могут обернуться проигрышем на очередных выборах. А потому во главе угла у них не сиюминутное обогащение себя и своего окружения, а реальная забота о процветании государства и его жителей. Проще говоря, преемственность, равно как и обоюдная ответственность власти и оппозиции является в таких странах самым надежным показателем стабильности.

 

Еще один аспект, который отличает развитые демократии: политическая стабильность дает возможность без особых потрясений проводить в жизнь программы, разработанные пришедшими к власти партиями. То есть, выигравшая выборы политическая сила может формировать правительство, которое, в свою очередь, будет иметь возможность на протяжении нескольких лет поэтапно осуществлять те или иные реформы, не опасаясь, что политические конкуренты устроят революцию или инициируют перевыборы.

В то же время, спокойно почивать на лаврах власть имущим не даст оппозиция, функции которой заключаются не столько в тотальном контроле деятельности правительства, сколько в разработке альтернативных стратегий развития и управления государства, проведении законодательной работы. В этом – суть работы так называемого «теневого правительства», которое обеспечивает соблюдение демократических норм, неукоснительное проведение озвученных властью реформ и так далее.

Если эта работа проведена непредвзято, если критика «теневого Кабинета министров» обоснована, и, наконец, если у оппозиции есть реальная альтернатива того, как можно воплотить в жизнь ту или иную реформу, то можно быть уверенным: на очередных выборах избиратель доверит управление государством оппозиции. А у отошедших от власти политиков будет время на то, чтобы сделать выводы из собственного неудачного правления, и, приняв форму теневого правительства, разработать более действенные способы управления государством. Чтобы, не нанеся вред стратегическому развитию страны, вернуться во власть на будущих выборах.

Украине преемственность не по зубам?

 

Скептики скажут: о какой социально-экономической стабильности в Украине может идти речь, если политическая составляющая нашего общества находится в состоянии хаоса? В определенном смысле этот укор верен. Сами политики не устают убеждать народ в том, что все, что происходит сейчас в государстве – лишь прелюдия к новым выборам. Президента или парламента – не суть важно.

 

Цивилизованной борьбы за власть, основанной на перечисленных выше демократических позициях, не будет до тех пор, пока отечественные политики не поймут, что главный принцип демократии – в преемственности и взаимной ответственности власти и оппозиции в стране. Которые, в свою очередь, могут обеспечить не только политическую, но и социально-экономическую стабильность государства.

 

Ведь, что греха таить, стратегии развития Украины, по сути, нет. Ни одно правительство не предложило своему народу детально расписанный стратегический план на несколько лет вперед. Мы до сих пор не знаем, куда в геополитическом плане идет Украина. Не определены не только внешние, но и внутренние ориентиры. Страна живет предвыборными обещаниями, которые, к сожалению, так и не легли в основу правительственных программ.

Первым проблеском надежды на становление политической стабильности в Украине могла стать конституционная реформа 2004 года. Но – не стала. Переформатирование политической системы страны оказалось невыгодно тем, кто сейчас у власти, и тем, кто на нее претендует в будущем. Об этом можно судить, например, на основании многострадального законопроекта об оппозиции, который бы определил деятельность и ответственность парламентского меньшинства. Первоначально, как известно, закрепить законодательный статус оппозиции хотела Юлия Тимошенко. Не вышло – помешал роспуск парламента.

Сейчас на легитимизации парламентского меньшинства настаивает Партия регионов. «Надо строить в государстве институт оппозиции, и надо, чтобы оппозиция была действенной – тогда будет контроль над властью. За каждой сферой государственного управления мы закрепим надежного профессионала, который будет принципиально и четко контролировать это направление деятельности власти. А общество получит механизм контроля через оппозицию за действиями власти. Это - главный принцип, который заложен в отношениях парламентско-президентской модели управления», - так обрисовал задачи новой оппозиции Виктор Янукович. Как известно, слова лидера парламентского меньшинства не разошлись с делом – в конце декабря ПР создала «теневой Кабмин», на первом заседании которого Янукович сообщил о реальных инициативах воплощения контроля над деятельностью правительства – предоставить Счетной палате следственные функции, что даст возможность оппозиции осуществлять контроль за расходованием средств госбюджета. Среди прочих «контрольных» рычагов Янукович предложил принять законы о специальных следственных комиссиях.

 

Примечательно, что глава Кабмина Юлия Тимошенко также приветствует введение таких жестких инструментов контроля над исполнительной властью. Так, во время встречи с Виктором Януковичем премьер озвучила предложение о создании рабочей группы для работы по усовершенствованию «Закона об оппозиции», которое лидер Партии регионов поддержал. Еще одним шагом, свидетельствующим о реальном сдвиге в процессе налаживания цивилизованных отношений между властью и оппозицией, можно считать пропозицию Тимошенко закрепить в будущем законе представительство парламентского меньшинства в наблюдательных советах, а также закрепить за оппозиционерами посты заместителей в министерствах с контрольными функциями.

 

Намерения украинской власти и оппозиции, направленные на установление взаимной ответственности, безусловно, заслуживают похвалы. Однако, говорить о том, что этот механизм заработает в ближайшие месяцы, по мнению автора, еще очень и очень рано. На это есть свои объективные и субъективные причины. Во-первых, перед Кабмином Тимошенко стоят сверхсложные экономические задачи, на решение которых будет уходить основная масса времени. До марта правительству нужно скорректировать бюджет (на этом очень настаивает Президент Виктор Ющенко) – только одно это обстоятельство может похоронить надежды оппозиционеров на слаженную работу с Кабмином в части контроля за его деятельностью.

У Тимошенко и ее подчиненных попросту не будет времени ходить на заседания той же рабочей группы по усовершенствованию закона об оппозиции. Во-вторых, вряд ли Юлия Владимировна заинтересована в том, чтобы дать реальные рычаги контроля над деятельностью Кабмина оппозиции уже сейчас, когда она еще ничего, по сути, не сделала. К тому же, зачем ей контроль оппозиции, если над ней и так тяготеет «дамоклов меч» с Банковой? Что бы не говорила на публике ЮВТ, но в сугубо политическом смысле давать Виктору Януковичу такие козыри – не в ее интересах.

 

Ну и об установлении преемственности власти в Украине, причем - в самом широком понимании этого термина, говорить, к сожалению, тоже не приходится. И прежде всего потому, что ни правительство, ни парламентское меньшинство не предложили на суд общественности единого видения стратегического развития страны. и, похоже, не предложат. По крайней мере, в самом ближайшем будущем.