Георгий Гонгадзе исчез в субботу 16 сентября 2000 года по дороге домой. Так было заявлено утром 17 сентября на сайте "Украинская правда". Так, якобы, и написано в предсмертных письмах некого Гончарова. Так, заявляет и свидетель, которая последней видела живого Георгия, некая женщина по фамилии Притула. Так утверждают и органы, которые занимаются расследованием этого убийства.
НО! Есть одно НО!
В нашем распоряжении есть документы (заявления) о том, что Гонгадзе был жив не только 16, но и 17 и 18 сентября. Он находился в Симферополе… В редакции Центра политического прогнозирования побывала Галина Потапенко, жительница г. Симферополя. Она сделала следующее заявление....

КТО ЖЕ УБИЛ ЖУРНАЛИСТА ГЕОРГИЯ ГОНГАДЗЕ?

(ИЗ АРХИВА ЦЕНТРА - 2003)

16 сентября 2000 - день "исчезновения" Георгия Гонгадзе. 21 мая 2003 - Гие исполнилось бы тридцать четыре. Георгий войдет в историю борьбы за демократию как журналист и гражданин. На Гонгадзе режим споткнулся, а общество встрепенулось. И народ понимает, что при нынешнем режиме наивно ждать раскрытия этого преступления. СБУ, МВД, Генпрокуратура не привели к раскрытию ни одного политического убийства в Украине.

Несмотря на то, что это не первое убийство украинского журналиста в Украине, именно Георгий может войти в историю журналистики, а факт его убийства - привести к реальной консолидации журналистов на профессиональной основе. Потому что он показал, что профессиональные журналисты, имеющие моральные принципы, на самом деле очень неудобны для нынешней власти, которая ничем не отличается от предыдущего режима. Имя Георгия уже многое изменило в сознание каждого честного гражданина республики, особенно в понимание зловещей сути нынешней власти в Украине.

Георгий Гонгадзе исчез в субботу 16 сентября 2000 года по дороге домой. Так было заявлено утром 17 сентября на сайте "Украинская правда". Так, якобы, и написано в предсмертных письмах некого Гончарова. Так, заявляет и свидетель, которая последней видела живого Георгия, некая женщина по фамилии Притула. Так утверждают и органы, которые занимаются расследованием этого убийства.

НО! Есть одно НО!

В нашем распоряжении есть документы (заявления) о том, что Гонгадзе был жив не только 16, но и 17 и 18 сентября. Он находился в Симферополе… Недавно, в редакции Центра политического прогнозирования им. Г. Гонгадзе побывала Галина Потапенко, жительница г. Симферополя. История её борьбы за своё честное имя с местными правоохранительными органами, судебной властью и местной налоговой администрацией требует отдельного рассказа. К тому же хроника этой неравной борьбы с властными структурами изложена на её личном интернет-сайте "Дело №502". Нас больше заинтересовало её заявление о причастности к этому делу журналиста Георгия Гонгадзе. Галина Потапова предоставила нам копии своих заявлений в различные органы власти, а также дала эксклюзивное интервью. Мы публикуем ( в сокращённом виде) тексты этих заявлений. Итак…

1. Заявление Потапенко Галины Михайловны Генеральному прокурору Украины Пискуну С.М.

Прошу Вас признать моё уголовное дело №502 вещественным доказательством одной из причин нахождения и исчезновения Георгия Гонгадзе в Крыму 17-18 сентября 2000 г.

Я встречалась с Георгием Гонгадзе в ноябре 1999 года в г. Киеве за месяц до моего ареста. В августе 2000 года мой сын связывался с ним, напомнил обо мне и пригласил на заседание суда, которое должно было состояться 22 сентября 2000 года.

17 сентября 2000 г. в 15-00, мой сын, Денис Потапенко, встретился с Георгием Гонгадзе у касс Украинского театра (на площади им. Ленина г. Симферополя) и пригласил его к нам домой, чтобы ознакомить с материалами по моему делу…

… О факте нахождения Г. Гонгадзе в г. Симферополе 17-18 сентября 2000 г. нами заявлено в генеральную прокуратуру Украины, СБУ и УБОП, а также на пресс-конференции в Союзе журналистов.

2. Заявление Потапенко Д.В. (сын Г. Потапенко) о встрече с журналистом Г. Гонгадзе

Видя предвзятость и необъективность следствия, прокуратуры и суда по отношению к моей матери, я связался с журналистом Георгием Гонгадзе по E-mail. Я знал, что до ареста мать с ним встречалась, напомнил ему о ней и её деле. Он согласился приехать. 15 сентября 2000г. у родителей моей матери, моих бабушки и дедушки была золотая свадьба, 50 лет совместной жизни. Он хотел сделать очерк о них, а затем о матери.

17 сентября 2000г. около 13 часов он позвонил мне, и мы договорились встретиться в 15-00 у касс Украинского театра на площади Ленина.

Но бабушка категорически отказалась давать какое-либо интервью о себе или матери. В 15-00 я с моим дядей, Сопиным Сергеем Михайловичем, родным братом матери подошел к кассам Украинского театра, где встретился с Георгием.

Он был не один, с ним был ещё его друг, журналист, маленького роста, коренастый, одет был в серые брюки и светлую рубашку спортивного типа. Я пригласил Георгия к себе домой. Дядя был на машине, он подвёз нас ко мне домой на ул. Севастопольскую. В это время у меня дома находились гости …….

Георгий остался у меня. Мы почти всю ночь проговорили. Я предложил Георгию переночевать у меня, т.к. город он знал плохо, и было уже поздно. Георгий согласился.

Утром 18 сентября 2000г. в 9 часов мы пошли … в городскую прокуратуру, прокурор города Ратиа нас принял….. Мы пошли в суд Центрального района к судье Гулевич. Встретились с ним в коридоре суда на 2-м этаже, он спешил на заседание суда и в свидании с матерью нам отказал, отослал к следователю.

Мы пошли с Георгием в Совет Министров… В Совмине я встретил Ариштовича Владимира Владимировича, он был в курсе наших проблем. Я познакомил его с Георгием…..

3. Заявление Сопиной М.Ф. (мать Г. Потапенко) о встрече с журналистом Г. Гонгадзе

Я, Сопина Мария Фёдоровна, инвалид первой группы и участник Великой Отечественной войны, ветеран труда c 54 летним стажем подтверждаю, что восемнадцатого сентября двухтысячного года с одиннадцати тридцати до тринадцати часов Георгий Гонгадзе находился в этой квартире. Он приехал по просьбе моего внука Потапенко Дениса писать очерк обо мне и муже, тоже участнике и инвалиде Великой Отечественной Войны…

... Двадцать второго сентября двухтысячного года над дочерью должен был состояться суд. Георгий хотел провести журналистское расследование по её делу. Я просила его ничего о ней не писать, пока дочь находится в тюрьме. Я боялась за её жизнь. После ареста дочери в её квартире исчезли драгоценности - колье и браслет, подаренные мне австрийкой в день моей свадьбы в Вене. Это были очень дорогие вещи…

* * *

Почему Г. Потапенко молчала столько времени? К кому из лидеров "оппозиции" она обращалась по этому вопросу? Что он ей посоветовал делать? Встречалась ли она с мамой Гонгадзе?

Кто уже погиб из свидетелей пребывания Гонгадзе в Крыму?

На эти и другие вопросы нам ответила Г. Потапенко.

Интервью Г.М. ПОТАПЕНКО для Центра им. Г. Гонгадзе

СПРАВКА. Галина Потапенко, жительница г. Симферополя, предприниматель, владелец МП "Галина", которое закупало у оптовиков и производителей крупные партии товара, преимущественно продовольствия и спиртных напитков, и поставляло их местным оптовым торговым организациям. 30 июня 1999 года налоговая милиция г. Симферополя возбудила уголовное дело №502 о сокрытии предприятием НДС и налога на прибыль по ст. 148 ч.2 УК Украины. 23 декабря 1999 года Галина Потапенко была арестована и помещена в СИЗО после того, как она, по ее словам, отказалась подписать акт "судебно-бухгалтерской экспертизы", в котором указывалась несуществующая задолженность предприятия перед бюджетом. На суде 18 октября 2000 года Галину Потапенко освободили под расписку о невыезде. Дело было закрыто в связи с декриминализацией статей обвинения в новом Уголовном кодексе.

Как заявляет Потапенко, ее делом интересовался Георгий Гонгадзе. По официальной версии Георгий Гонгадзе исчез в субботу 16 сентября 2000 года по дороге домой. Однако, Потапенко утверждает, что Гонгадзе был жив не только 16, но и 17 и 18 сентября. Он находился в Симферополе, где занимался как раз ее делом…

Галина Михайловна! Я понимаю, что Вам уже надоело отвечать на этот вопрос различным службам, журналистам... И - всё же…. Почему Вы молчали до мая 2003 года?

Г. М. Во-первых, из "зала суда" я вышла только спустя месяц после исчезновения Гонгадзе -19 октября 2000 года. Вышла после 10 месяцев нахождения в СИЗО тяжелобольной. В течение последующего года трижды по месяцу находилась на стационарном лечение. Отец также был в тяжелом состоянии здоровья. Узнав о моём аресте, он 18 часов был без сознания. Перенёс инсульт и передвигался с помощью палки. Мать тоже была в плохом состоянии. У брата умерла жена. Свекровь перенесла тяжёлую операцию. Вот такая обстановка была в семье.

Мать уговорила сына и брата молчать и ничего не говорить мне о Гонгадзе. И причину их обоснованного страха можно понять. Тогда только и были разговоры об убийстве Гонгадзе. И, если бы я заикнулась о его встрече с сыном, то наверняка я бы потеряла и сына. К тому же и сын просил меня оставить борьбу за свою невиновность, мотивируя тем, что я, слава богу, на свободе, жива, здорова.

А за это время и так уже много человек было убито. Я удивилась этим словам и попросила его более подробно объяснить, что он имеет в виду. И тогда он рассказал, что, получив моё письмо к Гонгадзе из СИЗО, он отправил его Георгию. Он рассказал мне, что 17-18 сентября 2000 года Георгий был в Симферополе и что исчез он после встречи со следователем налоговой милиции в Симферополе. Рассказал, куда они ходили и с кем встречались.

И что же вы предприняли, узнав такую неожиданную и важную информацию о Гонгадзе?

Г. М. Я встретилась с теми, кто видел Гонгадзе, в том числе и у нас в квартире. Они подтвердили сказанное сыном и также посоветовали молчать и оставить свою борьбу. На то время были убиты уже два свидетеля нахождения Гонгадзе в Крыму: Ариштович В.В. и Ариштович В.И.. Да и внезапная смерть адвоката Макарова, добивавшегося моего освобождения из СИЗО, подозрительна.

И всё же я не согласилась молчать. Как я могла молчать об исчезнувшем человеке, который вступился за меня и, откликнувшись на мою беду, приехал помочь мне.

Проанализировав, кто больше всего из депутатов настаивает на раскрытие дела о пропаже Гонгадзе, я обратилась к депутату Морозу. Я приехала в феврале 2002 года в Киев и пошла в офис СПУ на ул. Воровского. Мороза там не оказалось, а секретарь посоветовала обратиться к Скорик. Она созвонилась с ней и через некоторое время я была у Скорик дома.

Я ей всё рассказала и попросила адрес матери Георгия. Она ответила, что 11 марта 2002 года она будет в Симферополе и всё проверит сама. Она приехала с Петровой, я их встретила, и они остановились у меня дома. Я провела Скорик по всем учреждениям, где был Гонгадзе с моим сыном. Она мне сказала, что Георгий видимо меня имел в виду, когда 15 сентября 2000 года на презентации её партии на её просьбу о встречи с ним 16 сентября он ответил отказом, мотивируя тем, что уезжает в Крым.

Галина Михайловна! Вы рассказываете такие вещи, которые просто не укладываются ни в одну из версий о пропаже Гонгадзе. Что же было дальше?

Г.М. Я договорилась со Скорик, что в апреле 2002 года я приеду в Киев, и она организует встречу с Морозом. Так и произошло. Я вместе со Скорик встретилась с Морозом в апреле 2002 года. Я всё ему рассказала, как есть. Он внимательно выслушал, очень поразился информации и попросил пока никому больше ничего не говорить в целях моей безопасности. Сказал, что он сам проведёт депутатское расследование. Посоветовал найти в Крыму журналиста, с которым Гонгадзе пришел на встречу с сыном.

Скорик дала телефон Владимира Притулы, бывшего мужа Алёны Притулы, проживающего в Симферополе. Я встретилась с ним. Рассказала о своём деле. О том, что этим делом занимался Гонгадзе, я ему не сказала.

И что же происходило дальше?

Г.М. Я вновь приехала в Киев и встретилась с Морозом. Он сказал, что им проводится расследование. Он вновь попросил меня молчать о Гонгадзе в целях моей и родственников безопасности. Он предложил: давайте сначала докажем Вашу не виновность по Вашему делу. Что бы у журналистов не сложилось подозрение, что я хочу уйти от ответственности, связав своё дело с делом Гонгадзе. Предложил напечатать обо мне статью в газете "Товарищ". Тем самым привлечь больше внимание общественности, депутатов к моему делу. Я согласилась с его доводами. В "Товарище" вышла статья обо мне "Жертва налогового капкана".

В августе 2002 года я встретилась с мамой Георгия - Лесей Гонгадзе. Она подтвердила, что Скорик рассказала ей о моём заявление. И о том, что Георгий находился в Крыму 17-18 сентября. Это придало ей силы в доказательстве того, что "таращанское тело" не является телом Георгия. Она сказала, что Скорик и Мороз также просили её ничего не говорить об этом в прокуратуре. В третий раз я встречалась с Морозом в сентябре 2002 года. Он вновь просил меня пока молчать. Сказал, давайте дождёмся, когда Генпрокуратура объявит, что убийцы Георгия найдены, но мертвы. Тогда мы заявим, что убийцы Гонгадзе живы и занимают высокие посты в Симферополе. Я согласилась вновь.

В ноябре 2002 года я поехала во Львов к матери Гонгадзе. Она встретила меня и упрекнула в том, что я молчу. Она надеялась, что я обнародую своё Заявление. Я ей рассказала о просьбе Мороза молчать.

И когда же Вы всё - таки во весь голос заявили обо всей этой таинственной, детективной истории?

Г.М. Первые Заявления моего сына и моей матери о Георгии Гонгадзе были опубликованы на моём Сайте в Интернете www.delo502.by.ru

В мае 2003 года я провела пресс-конференцию в Киеве. О поданных мною Заявлениях в Генпрокуратуру и на имя депутата Омельченко вы уже знаете.

Планирую в сентябре провести ещё одну пресс-конференцию в Киеве.

Я убеждена, что пропажа Гонгадзе связана с тем, что он приехал в Крым провести журналистское расследование по моему персональному делу. Я буду бороться за восстановление справедливости до победного конца.

Спасибо, Галина Михайловна, за интервью. Желаю Вам добиться Правды в этом неправдивом и лживом мире. Мы с интересом будем следить за развитием событий, как по вашему делу №502, так и по вопросам, связанным с пропажей Георгия Гонгадзе.

Руководитель Центра политического прогнозирования им. Г. Гонгадзе,
журналист, политолог А. Божко http://ua-pravda.com/whokilgon140903.shtml