…Тянулись долгие минуты "собачьей вахты" — самых противных, предрассветных часов ночного дежурства, когда, мечтая о чашке настоящего кофе, приходится подбадривать себя таблеткой кофеина.

На боевую вахту расчет ЗРУ (зенитно-ракетной установки) заступил в полночь, и сейчас, в четыре ноль-ноль, командир расчета сотник Корниенко (самому-то ему больше нравилось называть себя по-старому старлеем) имел основания считать, что в целом ночь проходит спокойно…

Часть первая

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 8.30 утра. Киев, улица, вчера в очередной раз переименованная, но еще неизвестно — как. Закрытое помещение.

Вот уже пять лет Виктор Андреевич и Юлия Владимировна слов на ветер не бросают, а обмениваются информацией на Интернет-сайтах и на других материальных носителях, а чаще всего оные материальные носители друг в друга как раз и швыряют. Пять лет назад тогда еще законно избранный Президент попросил премьершу отчитаться о состоянии переговоров с Москвой по газу. С тех пор она не отчитывалась, и в кабинет к нему принципиально не входила. За пять лет они наломали дров, и Ющенко просто устал с ней бороться и, наконец, решил поздравить ее с 8 марта вместе со всем женским населением, которое за последнее время сильно поредело. Конечно, он это сделал через видео-интернет, а ей это было так приятно, что она его изображение пустила на большой экран и этим самым искренне наслаждалась причем по многу раз. Столько лет ненависти и вдруг невольная нежность друг к другу. Забыты все обиды.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 9.30 утра. Киев, Воздухофлотский проспект. Штаб войск НАТО в Украине.

Луценко выпрашивал поездку в тюрьму Гуантанамо, чтобы еще раз посетить Черновецкого. Вахмистр Пилсудский водрузился на стол и считал, сколько раз Юрий Витальевич отожмется от пола. Взятку он, конечно, взял в евро и в особо крупных размерах. Но боялся подставиться перед «старшим братом» там, на месте и потому проводил на всякий случай тренировку. Ну да, американские сержанты в Гуантанамо в долларах нуждаются не сильно, хотя те и сильно полегчали, а вот страсть к пыткам у них зашкаливает, и мзду у гостей с воли они берут в отжиманиях. Впрочем, пан министр был в хорошей спортивной форме и вахмистр надеялся, что и на Острове Свободы он не опозорится перед злобными янки.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 9.55 утра. Киев, ул. Банковая, штаб гетмана реестрового казачества.

Виктор Балога и его адъютант Колесников были шокированы последними известиями. Крым стал непризнанной татарской республикой под протекторатом Турции и Ахметова Р.Л. с российской военной базой в Севастополе. За ним последовала Донецко-Криворожская республика тоже имени Р.Л.Ахметова. А вот Закарпатскую республику русинов признало только Косово. И еще Львов переименовался в Лемберг и просится в Австрию. Но нет, не этими известиями Балога и Колесников были шокированы, потому что все вышеперечисленное — уже давно свершившийся факт.

А вот то, что в России вместо Путина избрали в президенты Жириновского — вот это новость так новость! Если кто не помнит, то повторим, что Медведев сгорел на втором году своего правления, так как уже и для российского населения поднял цены на газ до европейских. И пытался россиян заставить работать, но они мерли как мухи на стройках века. Каждая фирма, каждый завод старились выдолбить на своей территории газовую скважину. Дырки-то выдолбили, а оборудование к ним не подвезли. Поэтому газ шел не в трубы, а красивыми факелами освещал холодное северное небо. Вторично исполняющий обязанности президента Путин не справился со своими обязанностями, так как тоже кровно был завязан на газ. А Жириновский вместо газа всем пообещал по русской печке на колесах, которая исполняет большую часть желаний. Печек должно на всех хватить и желаний тоже, потому что русскому человеку, и даже женщине русской нужно только два желания, ну максимум три. Владимир Вольфович на этот раз не сбрехал и даже сибирский лес не уничтожил, потому что новые печки работают не на дровах, а на термоядерном синтезе. Тут и желаний, кстати, несколько поубавилось.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 10.О5 утра. Киев, ул. Дегтяревская, Лукьяновский специзолятор.

Партию регионов Юля разгромила, и парламент тоже, пообещав парламентариям поднять пенсии в восемь раз. А потом эти самые пенсии просто отказалась платить. И народ ее дружно поддержал. Подумать только: бывшие народные депутаты огребают пенсий столько, что старушкам вообще ничего не остается! Впрочем, старушкам ничего не достается, даже и без депутатских привилегий и незаслуженных льгот.

Януковичу поначалу было очень трудно, но, в конце концов, он свою новую работу полюбил, потому что занимался конкретным делом, особенно, когда лично участвовал в допросах.

— Эх, перенестись бы во времена Ежова или Берии, понабраться настоящего опыта и профессионализма — мечтал иногда хозяин тюрьмы. Успел таки прихватить изолятор в бурные недели Юлькиной бешеной приватизации. Первой VIP-узницей у него оказалась Валька Семенюк, и пытал он ее вместе с самой Юлией Владимировной, которая за заслуги не стала поэтому отнимать приватизированный объект, как у всех прочих.

Хоть в Украине парламент и был распущен, но демократия сохранялась, тем более частная собственность на тюрьмы, поэтому Януковичу сдавали узников все стороны конституционного конфликта. А потом еще и Левочкин помог Федоровичу раскрутить тюремный бизнес, недаром папа его некогда всей тюремной системой командовал. Вторым VIP-узником оказался Черновецкий. Но тут приходилось оттягивать Луценко и Бродского. Чтобы спасти своего шефа, заместитель разоблаченного мэра Ирэна Кильчицкая зверски застрелила двух медведей в штате Орегон, а потом призналась, что подвергла их перед тем сексуальному насилию, и что вообще состоит вместе с Черновецким в Аль-Каиде. Американцы потребовали выдачи мэра Киева в Гуантанамо, и тем самым спасли его от верной гибели.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 10.О5 утра. Донецк, ул. Артема, Донецкий Тадж-Махал.

Ахметов вернул себе Криворожсталь посредством народного восстания, и даже с европейскими ценами на газ он продолжает получать прибыль от продажи металла, потому что весь донецко-криворожский народ желает жить по-старому, и во всем помогает Донбасс-баши, потому что они уже накушались сполна всех этих Акселор-Митал-Стилов. Ринат не экстремист и не сепаратист, и потому в своем государственном устройстве использует гимн Украины, и на торжественных мероприятиях даже лично подпевает: «запануєм і ми, браття, у своїй сторонці!». Просто Тимошенко его так замучила, что пришлось отделяться, вопреки всем обещаниям, которые он давал Ющенке и его дочке. Балоге Ахметов перестал верить окончательно, потому что тот — «гнида, падонок и пидалас» — это картавые слова Колесникова. Но даже таким словам оправдания Ринат не верил, потому что понял — в случае чего и ему придется произнести как Цезарю: «И ты, Борис?!» Поэтому Колесникову он сказал раньше, чем тот получил второй орден от Балоги: «Борис, ты не прав!» — и распорядился на территорию своих суверенных латифундий его никогда не пускать.

Часть вторая

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 10.30 утра. Киев, улица, все еще переименованная, но как — неизвестно до сих пор. Закрытое помещение.

Виктор Андреевич Балогу уже ненавидел давно. И не только потому, что тот стал гетманом реестрового казачества. Он ненавидел его и раньше и доненавидел бы до какого-нибудь внятного решения, но, в конце концов, Балога дал ему под зад и аннулировал пропуск Президента Ющенко в администрацию Секретариата. Виктор, который «Б» стал Главным Секретарем Украины, а все остальные пошли на х***й. Из партии «Наша Украина», разорванной БЮТом, он исключил всех старперов вроде Тарасюка и Зварича, и набрал молодых, а те уж написали заявление на вступление в казачество и получили по глиняной трубке, тютюну и мушкету. Поэтому в борьбе Тимошенко и Балоги Ющенко пытался занять нейтралитет, но объявить об этом он смог лишь после того, как у него отняли пропуск, и только шепотом объявил, на ушко своей супруге, поэтому Тимошенко его так и не услышала.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 10.45 утра. Киев, улица Богомольца. Министерство внутренних дел.

Милиция — единственная сила, которая сумела сохраниться в целостности, и это не заслуга Луценко. Его они вышвырнули сразу и не потому, что он оказался диктатором и «новым Берией», а совсем наоборот: его уличили в тривиальном воровстве, да пиздун он и больше ничего. Чтобы прокормить себя, менты нанимались на любые работы. Не только грабили и убивали, но и (за отдельные деньги) даже охраняли и сберегали. Например, нефтяную и газовую транспортные системы патрулировали, помогая российским и немецким охранникам в качестве полицай-команд. А вообще газ украинскому населению больше не нужен, украинцы обогреваются старой мебелью в буржуйках. Да и вообще, сколько той зимы?! Глобальное потепление, как и Юлия Владимировна, наступили окончательно и пока бесповоротно.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 11.00 утра. Киев, улица Богдана Хмельницкого. Управление регионального филиала РАО «Газпром». Бывшее здание «Нафтогаза».

Газпром за долги забрал много предприятий и в основном они были градообразующими, население их стало принимать российское гражданство и организовываться в военизированные дружины. Все эти населенные пункты приняли одно и то же название — «Форт Русский» под соответствующим порядковым номером типа Челябинск-2 или Арзамас-16. Только город Черновцы и его область не изменили названия, потому как население стало там не русским, а румынским и все получили паспорта Евросоюза. В разгар конституционного конфликта директором представительства «Газпрома» периодически становилась Тимошенко. Это когда у нее деньги заканчивались, вот почему она требовала избавиться от посредников в газовых схемах. Отдав России пару-тройку заводов за долги, она предлагала всю газотранспортную систему Украины по дешевке, однако русским это было неинтересно, так как уже давно введены в эксплуатацию северные и южные обходные потоки. Заработав денег и обидевшись на москалей, сиятельная леди Ю в очередной раз ехала тратить их в Брюссель восточный, так как западный уже отделился, и такой страны, как Бельгия боле не существовало. Однако евро-чиновники отказывались принимать Украину, точнее то, что от нее осталось, в Евросоюз. Злость Юля сгоняла на Ющенко, президентский срок которого вышел много лет назад, а ее победу на президентских выборах так никто и не сосчитал, потому что Минобороны подорвало здание Избиркома вместе со всем его содержимым в ночь подсчета голосов.

7 марта 2013 года. Пятый год конституционного конфликта. 14.00 дня. Киев, новое название улицы все еще уточняется. Закрытое помещение, точнее бункер.

Виктор Андреевич пригласил ее на свидание. Юля Владимировна захватила с собой пистолет, чтобы, наконец, убить этого придурка. Встретились они на Чертовом мостике, а точнее, у его основания. И вдруг запершило в горле, как и год назад во время Чернобыля-2, когда польские натовцы попали ракетой в третий реактор. Им, собственно, без разницы, куда целиться: в лагерь моджахедов под Ай-Петри в Крыму или в сомнительный объект на Припяти…

Но тут, похоже, было другое. Юля воочию увидела своего мучителя и сразу растаяла и уронила оружие мести. Они обнялись и расцеловались. Не разнимая рук, они счастливые подошли к смотровой площадке над Днепром и полюбовались результатами своих свершений. Весь левый берег Киева был словно после ядерного взрыва. Ни одного уцелевшего здания! Даже Греко-католический самый большой в Украине кафедральный собор железобетонными руинами лежал на песчаных дюнах.

Правый берег в своей зрелищности тоже не отставал. Только Киево-печерскую Лавру кандидаты в Президенты пощадили. Стеклянной купол Верховной Рады давно провалился, зал заседаний напоминал вулканический кратер из которого иногда, как из бездны, вылетали крылатые фразы: «Покажіть будь ласка, по фракціях!», «Требую слова от имени фракции ‘Громада’!», «Послуговуйтесь державною мовою!», «передайте мікрофон пані Славі Стецько!» и т.п. Рассказывают, некоторые бывшие депутаты, лишившись государственного кормления, вконец одичали, сбились в стаи и теперь грызутся между собой в Холодных Пещерах бывшего парламента.

— Это не я наделал, это всё Балога. — взгрустнул Ющенко. — Я же держал нейтралитет.

— Верю, дорогой, я тоже виновата, слишком сердита была на тебя.

Они вернулись к Чертовому мостику, деревянное основание которого давно выгорело. И все-таки они сумели повесить свой замочек любви. И поклялись больше никогда не ссориться и начать все снова с честных выборов, и без Балоги, конечно же.

Они помирились и больше не хотели воевать. Однако полевые командиры решили, что любая война лучше, чем еще одни выборы и последний шанс на мир был упущен окончательно и бесповоротно.

ЭПИЛОГ

Командный пункт зенитно-ракетной установки сотника Корниенко прятался на чердаке самой высокой домины древней Владимирской улицы — некогда здания Земства, потом очень долго КГБ, и вот уже больше двадцати лет — Служби безпеки України. Его кассеты с ракетами — в шахтах, выкопанных в чудом сохранившихся от застройки двориках неподалеку, антенны же замаскированы под телевизионные тарелки тоже на ближайших домах. Кроме того, командир пользовался информацией, поступающей с базовых РЛС Киевского участка фронта. Корниенко как-то сунулся к своему начальству: почему бы, мол, не устроить КП в подвале? В ответ начальство заявило, что поскольку до Днепра, по которому происходит демаркационная линия с сепаратистами, рукой подать, а самолеты и крылатые ракеты противника подлетают на минимально низких высотах, необходимо и визуальное наблюдение. Корниенко поразился услышанному, но виду не подал, понятно, козырнул ("Слухаю, пане бригадний генерал"). При первой же встрече спросил у командира дивизиона, по какому случаю их превосходительство несли такую чушь. Пан майор сначала не по-державницки выматерил — за то, что посмел обратиться не по команде, через голову командира, а потом пояснил, что пан бригадный генерал после того, как закончил Военный университет ПВО имени Степана Шухевича, нигде и ничему больше не учился. "А вам нечего прятаться под землю — внимательнее будете, сони. Тем более, что американские зенитчики ради нас и не почешутся. Они прикрывают только посольство и свой оккупационный корпус".